Босс моего бывшего

Уютное кафе в самом центре города, оно так нравилось мне когда-то, но сейчас вызывает смешанные чувства. А ещё почти сразу замечаю Лёню: он топчется слева от входа, курит, глядя в сторону.

– Варвара Сергеевна, приехали.

– Да-да, выхожу.

Но Руслан указывает рукой на спешащих к кафе охранников.

– Вначале они, после их сигнала вы. Такие правила.

– Тоже распоряжение Дмитрия Николаевича?

– Безусловно.

Лёня удивлённо смотрит на моих охранников, кивает Артуру, но тот игнорирует приветствие. Они знакомы? Наверное, виделись, когда Лёня в холдинге работал.

– Всё чисто, – сообщает Руслан и, выйдя из машины, подаёт мне руку. Крепко держусь за шершавую ладонь и благодарю. – Хорошего отдыха.

Улыбаюсь и, удобнее подхватив сумку, иду к Лёне. Он таращится на меня ошалело, даже сбросить пепел забывает, и он падает ему на рукав, пачкая ткань пиджака, которому и без того не помешала бы профессиональная чистка. Что, Рыжей плевать, как выглядит её любовник? Грязный он, мятый ли, подстрижен? Высокие отношения, ничего не скажешь.

– Ты зря курить начал, тебе не идёт, – говорю, остановившись на безопасном расстоянии, словно если подойду на шаг ближе, меня разорвёт на части от напряжения. – А ты изменился. Спишь мало? Синяки под глазами и рубашка мятая… сдаёшь позиции, Баринов. В таком виде тебя ни на одну приличную работу не возьмут.

Откуда во мне столько яда? Но я рада ему, он держит в форме и не даёт раскиснуть.

– Варь, это что за суета вокруг тебя? – он обводит широким жестом парковку и кивает на припаркованный на стоянке автомобиль.

Он делает ко мне шаг, но вовремя останавливается.

– Тебя не касается моя жизнь никаким боком, – гневно щурюсь, а Лёня покаянно кивает и жестом приглашает меня войти внутрь.

– Ладно, ты права. Меня опять заносит. Пойдём? Кофе выпьем? Хотя бы как друзья.

Глава 32 Варвара

Лёня жадно хватается за возможность что-то изменить: кладёт мне руку между лопаток, и телом несётся волна отвращения. Его прикосновения вызывают такой всплеск негативных эмоций, что я физически ощущаю дрожь, бегущую вниз по позвоночнику. Даже мой организм защищается от прикосновений, выстраивая барьеры.

Не могу вынести: повожу плечами, скидываю руку. Лёня прячет её за спину, а в глазах мелькает обида.

– Уж кто-кто, а ты права обижаться не имеешь, – на губах появляется кривая усмешка, горькая, точно полынь.

– Ты тоже изменилась, – бурчит себе под нос и тянет на себя дверь, галантно её придерживает, позволяя войти первой.

Звенят, переливаясь серебром, колокольчики. Нежный звук скребёт грубой наждачкой наэлектризованные нервные окончания."

"«Чёрно-белое» встречает ароматами хорошего кофе, вишни, вина и свежей выпечки.