Мое жестокое счастье, или Принцессы тоже плачут

"

"Татьяна помолчала немного, сделала глоток кофе, обожглась и поморщилась, потом потянулась к сумочке и вынула пачку сигарет и зажигалку:

– Я закурю, не возражаешь? Или тоже будешь?

Алена отрицательно покачала головой:

– Я бросила, как только забеременела. Теперь иногда так тянет – спасу нет, но стараюсь держаться.

– Молодец, – щелкая зажигалкой, проговорила Татьяна, затянулась, выпустила облако дыма и продолжила: – Знаешь, Аленка, я иногда так тебе завидую… Все у тебя в жизни складывается. Да, ошиблась по молодости, выскочила замуж за придурка, но ведь ухитрилась уйти и все наладить. А я… так и буду до старости с котом куковать. Сейчас вот с доктором своим подкручиваю, а толку? У него семья… опять семья, черт его дери, – ну почему, как только мне понравится мужик, так он непременно оказывается женат? – Она нервно затянулась еще раз, ткнула сигарету в пепельницу. – Ты представляешь, Аленка, – после окончания работы запираемся в кабинете и прямо в кресле… Самой паскудно, а что делать? К себе привести не могу – у меня ж мать и сестра больная, к нему – нельзя, а по друзьям шататься стыдно. В праздники одна, сижу с бутылкой в обнимку в своей комнате и плачу… И никакого просвета – даже комнату снять не могу, потому что надо матери с Наташкой помогать, они без меня вообще не выживут. У Наташки лекарства дорогущие, мать одна не вытянет. У нее ведь лейкоз, ты знаешь? – Алена кивнула – эту тему они раньше почти не обсуждали, но Таня как-то обмолвилась о том, что маленькая сестренка тяжело больна. – Ну, вот… а папенька сбежал, едва узнал, что с Натальей, и теперь даже не показывается. Мама почти не работает, все время на больничном, вот-вот уволят. Слушай, а может, коньячку закажем? – неожиданно предложила Татьяна.

– Ты себе закажи, а я ведь за рулем, нельзя мне, – отказалась Алена.

– Ну, а мне можно. – Татьяна решительным жестом подозвала официанта и заказала триста граммов коньяка.

– Не свалишься? – поинтересовалась Алена, хотя уже и сама видела, что эти триста граммов – просто дневная норма, уж слишком тряслись у Таньки руки.

– Нет.

Коньяк появился мгновенно, словно по волшебству, Татьяна налила себе полную рюмку и одним махом влила в себя содержимое, даже не поморщившись.

– Ух, отлично пошел! Да не смотри ты на меня так, – поймав удивленный взгляд Алены, отмахнулась она. – Пью, это есть. Но не запойная – нельзя.

– Таня, я ж тебя не осуждаю. Каждый живет, как хочет.

– Ага! Или как может! – скривилась Татьяна. – Если я еще и расслабляться не буду, так вообще рехнусь. Мой нынешний любовничек – та еще сволочь, не гляди, что спит со мной, а копейки лишней не заплатит, считает все, как компьютер. Я ему говорю – дай мне пятерку баксов, я Наташку в Москве в клинику положу хоть на немного, отработаю потом.