Мое проклятие

Мне быстро наскучило разглядывать однообразный безжизненный пейзаж, а вместе со скукой вернулась и апатия.

Спасло, как ни странно, бесцельное хождение по комнате. Начала повторять про себя стихи, что помнила наизусть, а знала я их немало, потом перешла к самым что ни на есть веселым песням отечественной и зарубежной эстрады. Лучше, конечно, было бы вслух исполнять, с чувством, громко-громко, но чего нельзя «почти потерявшей голос девушке», того, увы, нельзя.

Стало немного полегче. Решила передохнуть и снова причалила к окну в слабой надежде на то, что в парке, пока я отсутствовала, произошло хоть что-нибудь интересное. Обманувшись в ожиданиях — картина за окном по-прежнему ничем выдающимся не радовала — уже совсем было собралась продолжить монотонную прогулку из угла в угол и перейти к таблице умножения, как вдруг взгляд упал на ту самую брошюрку-цитатник, которую, если верить Мори, так нежно любила прежняя Кателлина.

Что ж, самое время ознакомиться. Может, больше и возможности-то не представится.

Как я и предполагала, это оказался сборник этаких своеобразных афоризмов и наставлений. Крупные буквы, короткие, емкие фразы, пробелы между абзацами — все служило тому, чтобы в памяти будущих наид навечно отпечаталось несколько незатейливых истин. Одно название чего стоит — «Счастливая звезда наиды».

«Люби Господина своего, и его благосклонный взгляд коснется тебя, служи ему каждый миг жизни своей, и его сердце расположится к тебе», — читала я со все возраставшим ужасом и невольным восхищением перед хорошо проделанной работой составителей цитатника.

«Чти Господина своего как почитаешь Горта, Верховного бога нашего, и не обрушатся на тебя гнев и карающая десница его».

Да, зомбирование и промывание мозгов в чистом виде.

«Люби законную жену Господина своего как старшую дочь матери твоей, и не оставляй пути мира».

Резюмирую: нет в доме для тебя, наида, бога, кроме господина, а законная жена — пророк его.

Мне надоело расхаживать. Вернулась к кровати, не отрываясь от чтения, угнездилась со всеми удобствами и, болтая ногами, продолжила изучение занимательной книжицы. В душе, постепенно заполняя ее целиком, росла и крепла какая-то веселая злость.

«Восходящее солнце пусть застанет тебя за молитвами о здравии Господина твоего, а вечерняя заря — готовой по первому же велению возлечь на ложе его».

В общем, женщина для утех, особо не напрягайся. Ибо судьба твоя проста и однозначна: молись и е… Ой, что-то меня не туда понесло. Но как противно-то, кто бы знал. И эту участь уготовил мне любезный опекун и усугубила заботливая Альфииса? Хотя куда уж тут дальше усугублять.

«Проводи дни в неустанной заботе о благе и удовольствии Господина своего и всечасно помни, восхваляя, милости его».