Многая лета

 — Наше первое совместное задание — подружиться, поэтому давай я расскажу тебе про себя, ведь ты говорить не умеешь. Согласен?

Она почти дословно вспомнила напутствие инструктора: «Ваша собака должна работать хорошо, без срывов. Мало того, что она должна будет точно, без запинки выполнять ваши приказы, важно, чтобы она не делала этого без приказа, по собственной прихоти. Иначе сама погибнет и вас погубит. В наших войсках уже отлично работают собаки-связисты и собаки-санитары, но служба ваших подопечных требует особой точности. Сапёр ошибается только один раз».

Обнажив зубы под верхней губой, Бром глухо заворчал, и Настя вздохнула:

— Не хочешь слушать про меня? Хорошо, давай я расскажу тебе про особенности искусства Византии периода Македонского Ренессанса. Ты будешь смеяться, но это я знаю намного лучше, чем дрессировку собак. Почти все девушки имеют опыт обращения с собаками, а некоторые даже занимались до войны дрессурой. А у нас с Капитолиной — это моя сестра — были только крыса и кот. Но знаешь, крысу мы дрессировали. Она научилась ходить по жёрдочке через две чашки, а при команде «Ап» вставала на задние лапки и очень уморительно просила орешек или кусочек сушки.

Видимо, рассказ про крысу пришёлся псу по душе, потому что он с шумом фыркнул, хитро зыркнул глазами и внезапно сел на задние лапы, точь-в-точь как это умела делать крыса Кукуруза.

От неожиданности Настя ойкнула, но вспомнила, что для знакомства с собаками им выдали по кусочку сушёного мяса, и сунула руку в карман. Тренер сказала, что лакомство надо протягивать на раскрытой ладошке, чтоб собака случайно не схватила за пальцы. И главное правило — не бояться! Легко сказать! Настя зажмурилась, как перед прыжком в ледяную воду, и просунула руку в отверстие для миски с кормом.

— Всё хорошо. Всё очень хорошо. Просто чудесно, — твердила она себе, пока в ладонь не ткнулся влажный тёплый нос Брома. От радости, что рука оказалась цела и Бром не закапризничал, она едва не прослезилась и в порыве доверия сообщила:

— Знаешь, мне сейчас и радостно, и грустно. Радостно потому, что первое задание мы с тобой выполнили, а грустно оттого, что в городе остался один человек, с которым я не успела попрощаться. Его зовут Илья, он успел побывать на фронте, а теперь занимается очень важным делом — ловит бандитов и диверсантов. Но, скорее всего, мы с ним больше не увидимся.

Она оглянулась на громкий возглас.

— Красноармеец Сабурова! Настя! — К ней спешила запыхавшаяся дневальная Лена Осинова. — Настя, срочно беги на проходную! Тебя требует какой-то милиционер, говорит — ты важный свидетель.

Пришёл! Ноги сами собой превратились в крылья. И огромные сапоги не мешали, и полы широкой шинели не хлопали по коленям.