Доверься мне

Она подпирает себя и запускает пальцы в мои волосы, ее голова со стоном откидывается назад, когда мой рот двигается по внутренней стороне ее бедра. В центре ее бледно-фиолетовых трусиков собралась маленькая лужица, и мне так хочется сорвать их с нее.

Что я и делаю. Я разрываю этот атласный клочок и зарываюсь лицом между ее ног, словно я дикий зверь, а она — первое, что я ем за последние несколько дней. Оливия падает на кровать, ноги обвиваются вокруг моей шеи, она толкает меня глубже в себя, бедра выгибаются, она в криках просит большего, когда я трахаю ее своим языком.

Она близится к оргазму, тает в моем рту с каждым движением и скольжением моего языка, с прикосновением моих зубов ее клитора. Мои пальцы заползают под ее рубашку, находят упругие соски, и когда я щипаю один из них, ее дыхание сводит, она выгибается. Ее ноги дрожат, когда она дергает меня за волосы, и я знаю, что она скоро кончит.

Я без предупреждения останавливаюсь, встаю и переворачиваю ее, толкаю ее на руки и колени, задираю рубашку и провожу пальцем по позвоночнику, наблюдая за тем, как она дрожит. Моя ладонь обнимает ее идеальную, сочную попку, и я погружаю два пальца внутрь нее, размазываю ее влагу по всему клитору, пока не нахожу ту самую точку, что набухла и так просит моего внимания.

Наклонившись над ней, я касаюсь губами ее шеи.

— Ты такая мокрая, Олли. Тебе нравится, когда я прикасаюсь к тебе?

— Пожалуйста, Картер.

— Что пожалуйста?

Она зарывается лицом в матрас, скрывая издаваемый ею звук. Свободной рукой я запускаю пальцы в ее волосы, сжимаю их на затылке и снова приподнимаю ее.

— Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я трахнул твою киску своими пальцами.

Ее позвоночник содрогается, то ли от моих слов, то ли от медленных кругов, которые я потираю вокруг ее клитора, я не уверен. Возможно, от того, и другого.

— Картер.

— Скажи это.

От этого хриплого требования она вцепляется за простыни, ее дыхание вырывается тяжелыми рывками, когда я дразню ее кончиком пальца, а потом отдергиваю его, и она стонет.

— Трахни мою киску своими пальцами. Пожалуйста.

Я сразу же ввожу в нее два пальца, придерживая ее, пока ввожу их внутрь и вывожу наружу. Ее задница откидывается назад, шлепаясь о меня, когда она умоляет о большем, о более жестком, о более быстром.

— Вот это моя девочка.

Блять, ее, такую прекрасную, нужно видеть — задница в воздухе, она извивается и стонет, сжимая в кулак простыни так сильно, что начинает стаскивать их прямо с матраса. Она на ощупь как бархат, плюшевая и мягкая, такая чертовски теплая, и когда ее стенки сжимаются вокруг моих пальцев, я замедляю темп, специально погружаясь в нее неторопливо. Требуется всего три секунды, чтобы свести ее с ума.

— Пожалуйста, Картер, — кричит Оливия, толкаясь в мою руку. — Я хочу кончить.