Младший научный сотрудник 3

Минуты две наверно у меня ничего не получалось, а потом неожиданно накатило оно самое, второе внутреннее зрение — и я увидел, как на картинке, содержимое её живота…

— Вставай, — сказал я, — сеанс закончен.

— Ой, и правда прошло, — улыбнулась она, — что там было-то?

— Синдром раздраженного кишечника, вот чего, — отвечал я, — ерунда на постном масле. Тебе не пора на вокзал-то выдвигаться?

* * *На вечерний поезд с поэтичным названием «Волжские просторы» мы успели с большим запасом, минут за сорок до отхода, даже посадку ещё не объявили.

— Ой, кого я вижу, — раздалось сзади, когда мы обозревали содержимое газетного киоска.

Это оказался наш коллега по ИППАНу Паша Чиркин.

— Вы тоже что ли в командировку? — справился он.

— Она едет, я провожаю, — ответил я.

— А вагон у тебя какой? — перешёл он уже непосредственно к опросу Нины.

— Десятый, а у тебя?

— И у меня тоже, — обрадовался он так, что казалось, выпрыгнет сейчас из штанов. — Девятое место.

— А у меня десятое, — посмотрела на свой билет Нина, — вот и ладно, уступишь девушке нижнюю полку.

А я посадил их в вагон и уехал домой на всё том же двенадцатом трамвайчике, обуреваемый чувствами, близкими к ревности. А наутро вот какое приключение у нас случилось на антресолях зала управления физическим стендом 30/22…

С утра товарищ Бессмертнов усадил меня за тестирование двух новых модулей КАМАК, пришедших к нам из вольного города Вильнюса. Один из них был простым таймером, правда очень быстродействующим, на микросхемах 531 серии, а второй прецизионным АЦП с преобразованием аналогового сигнала аж в 32-битную линейку.

Вот я и сидел в своём отсеке, упираясь носом в розовую занавеску, за которой было что-то вроде разделительного коридорчика с соседним отсеком. И туда, в этот коридорчик, где стоял стол и два стула, с самого утра зачем-то целенаправленно загрузился физик-программист Юра Шпагин — насколько я понял, он принимал какую-то работу у нашего Шурика, вот они и бубнили там всё утро на два голоса."

"Я, значит, измеряю параметры АЦП в разных режимах, из-за занавески раздается дружное бу-бу-бу, самодельный магнитофон за спиной транслирует творчество группы «Динамик» имени Владимира Кузьмина, неизбывное его «Спортлото»… «снова я рискую, но не сдамся ни за что, снова я рискую, я играю в Спортлото» и конечно же финальное «номер двести сорок шесть — Динамик». На грани фола песенка, если положить руку на сердце, за неё потом, как я помню, Кузьмина прополаскивали в разных идеологических инстанциях.