Избранница мятежного генерала

— Будет больно — скажи, — глухо произнёс он, чувствуя как сердце болезненно сжимается при виде ран и кровоподтёков на её теле. — Геройствовать и терпеть не надо. И я всё же хочу знать, почему ты покинула крепость, нарушив приказ. Как имперские псы тебя поймали?

— Тебя не было почти сутки, — ответила Элена и её голос предательски дрогнул. — Я испугалась, что с тобой могла приключиться беда. Кай сказал, что ты готовишь ловушку для Каррины и нарочно не взял никого себе в помощь. Он сказал, что я смогу помочь тебе и он проводит меня к месту, где должна была состояться ваша встреча.

Генерал сжал вымоченную в притирке ткань и шумно выдохнул, охваченный яростным желанием броситься на поиски Аса Кая прямо сейчас.

“Он нарочно выманил Элену за пределы крепости и сдал врагу. Убью мерзавца собственными руками!”

— Я ждала сигнал от Кая, но оказалась окружена имперскими псами, — продолжала Элена. — Я боялась, что ты попал в ловушку и они убили тебя… И Кая. Он ведь отправился на разведку, узнать всё ли с тобой в порядке. Сказал, что ваша взаимная неприязнь не должна мешать общему делу."

"— Что было потом?

Влажная прохладная ткань скользила всё ниже, опускаясь к пояснице, но когда Иль Кан коснулся её бедра, она вздрогнула и затаила дыхание, напуганная внезапно яркой смесью ощущений.

— Они гнались за мной, но не догоняли. Скорее всего, хотели, чтобы я побежала в крепость, но я не могла подвергнуть опасности остальных и увела их как можно дальше. Когда солдаты Императора поняли, что я их обманула, они напали на меня. Очнулась я уже за решёткой в подземельях дворца. Каррина… Это была она.

— Я разберусь с ней, — голос Иль Кана был подозрительно спокоен.

Элена нашла в себе силы взглянуть в его глаза и испуганно вскрикнула: несмотря на внешнее спокойствие, во взгляде генерала бушевала живая ярость.

Точно такой же взгляд был у него перед тем, как он принял бой на окраине леса.

Она всё поняла.

— Никто из отряда не знает, да? — еле слышно спросила она Иль Кана.

Он молча отложил тряпицу в сторону и вытряхнул на палец немного мази. Не говоря ни слова, мягко провёл подушечкой пальца по её губам и Элена еле сдержалась от крика: заживляющая мазь нестерпимо жгла и щипалась.

— Поэтому ты сам решил обработать мои раны, — вопрос звучал скорее как утверждение. — Опасался, что я задам Расане ненужные вопросы?

— Да, — коротко ответил генерал.

— Что это было? Как ты убил тех солдат?

— Они сломали себе шеи при падении.

— Ты же знаешь, я не про это.

— Элен, я не знаю! — повысил голос Иль Кан и, отставив баночку с мазью в сторону, закрыл лицо руками.

Спустя несколько секунд он заговорил.

— Я, правда, не знаю. Это происходит, когда я нахожусь на волосок от смерти. Я чувствую, что надо делать и делаю.