Мистика

  Ты просто не замечала, - ласково погладила она меня по руке, -  категоричность твоего тона и рассуждений  бросается в глаза всем, кто с вами общается.

-  Ира…  -  потрясенно выдохнула я, - да я всегда такой была!  Нравилась ему такой.  Он отдыхал дома от руководства, от командования - на работе выше крыши!  Он же  спокойный, ему трудно… Я освободила его от этого – решений, суеты, выбора,  поисков, метаний!  Я знаю его вкусы, я  давала ему отдых,  комфорт во всем!  Он что – еще и дома должен был, как Барбоска…?  Да он сам всегда спрашивал меня, советовался!

-  А что еще ему оставалось?!  Ты же все равно сделаешь по-своему.  И по максимуму.  Ваши  посиделки на балконе – по полному, полнейшему  максимуму! – орала она.

-  В смысле?  Да что за хрень ты несешь?!

-  В смысле?!  Когда мы уселись, ты, никого не спрашивая,  сразу ушла включить эту свою музыку,  а он так…  будто извиняясь, тихонько улыбался, глядя на меня.  Мол, потерпи немного, как  я терплю  все это  – закат, свечи,  «Энигму» твою, вино сухое - дрянь…

-  Пошла к черту! – вызверилась я, задыхаясь.  Отъехала на кресле от стола и отвернулась от нее, изо всех сил стараясь не сорваться на  мат.  Сейчас был тот самый случай.

-  Сама такая, - тихо ответила она, - ты командовала им, в рот ему не смотрела, авторитетом в семейных делах не считала, на колени перед ним не вставала…

-  А на колени – зачем? –  офигела я,  хлопнув глазами и на секунду  забыв про подступающие яростные слезы.

-  Да что ты про нас знаешь?! – очнулась я, - Ирка, ты вот… все  это серьезно сейчас? На самом деле?

-  А зачем еще ему свежее мясо?  Чтобы в рот заглядывало,  глазами ело, подчинялось.  Авторитетом себя чувствовать,  брутальным мужиком, диктовать… в постели, в том числе. А  может, он шансон тогда хотел или коньяк?

-   Ты совсем дура? Звездная болезнь у него случилась, не прошел испытание медными трубами, - отрезала я, - амбиции взыграли!

-  Во-во, человеком себя почувствовал, а не тварью бессловесной, - подтвердила подруга.

-  Господи…  бред  несешь,  - прохрипела я и прокашлялась: -  Почему молчала раньше?  Что он так улыбался тогда?

-  У вас все хорошо было.  Откуда я знаю - может, он мазохист-подкаблучник?  И каждый день готов провожать закаты  вместо футбола.

-   Это уже перебор, Ирка.  И не каждый, а по погоде. И ему фиолетово на футбол.

-   Золотой мужик!  Преувеличиваю, конечно…    Но он  тут плакал!  Дай Олегу шанс, просто поговори с ним,  дай ему хоть раз высказать свою точку зрения, объясниться.

-  Ты совсем – того?! Я  никогда, ни разу  не затыкала ему рот!  И нет! -  дернула я головой, - он плакал  не потому, что раскаивается –  просто жалел, что я  узнала и теперь начнется ад – скандалы, развод, дележка.  Было  приятно и удобно!  Стало плохо!  Все!  Там  система, Ира.