Мистика

 Представь – на том вокзале… у него сердце заходится от обиды – он уходит на фронт, может навсегда, а она не верит ему и в него, орет страшные вещи!  И надо всем этим запах липы, и ему дышать трудно от той боли, что причинила она, а  эта… вонь уже  плывет в легкие, участвует в формировании  ассоциативного ряда.   Остальное чистая физика: проклятие – это энергетический посыл, завязанный на условие, и отпечатавшийся на его подкорке, как программа,  и еще где-то там -  на  общем информационном поле Земли?    Но это точно физика, потому что   временная петля по любому возникает за счет чего-то - потребляет энергию, поэтому и свет гаснет!  Это не мистика, это физика высоких энергий! Я сколько перечитала обо всех этих теориях! Глаза стерла, блин!

-  Какая разница, – прошептала Ирка, отводя глаза, - если его уже нет?  Ты все еще надеешься вернуть его?

-  Нет.  Я пытаюсь понять природу всего этого и наших чувств - в том числе.  Пойму тогда – почему именно я?  Почему не одна из предыдущих?  Для этого мне нужно встретиться хотя бы с одной из них, но это потом.  Сейчас – о нас с ним:  меня восхищает в нем все до мелочи,  умиляет эта его неискушенность – он не кажется слабее из-за нее, а только лучше, сильнее и чище.  Нравится его внешность, как он пахнет, улыбается, говорит… в своей особой манере – немного старинной.  У нас разница в рождении почти в сто лет.

-  И что тут такого?! – надоела, очевидно, моя болтовня Ирке.

-  Чшшш… -  разбудишь Анжика.

   Мы обе повернули головы в сторону комнат, и прислушались -   там было тихо.  Немного помолчали, и Ирка продолжила уже шепотом:

-  В чем сейчас проблема лично для тебя?

-  В свете всего этого?  Я-то точно влюбилась, но могла не так  понять его.  У  меня тогда тоже был недотрах - чего уж…  Но  у него он просто хронический.  Инициатива исходила от меня, и он не отказался, само собой.  Потом случилось то, что случилось и мне больше никто не нужен.   Никто  не сможет сравниться, затмить его - понимаешь?  Слишком много всего в наших отношениях: моя вина,  страсть,  уважение к нему, признание его достоинств и заслуг,  своеобразная романтика, надежда, ожидание...  Он теперь просто вне конкуренции, даже если я не уверена, что у него ко мне было что-то, кроме похоти.  Поэтому не сватай мне больше никого, - пояснила я причину всего разговора.

-  Ты серьезно? Не я виновата, не увидела бы тогда – жили бы и жили.  Ты скажи ему, что больше не будешь его адвокатом, пускай  уже свободно водит своих баб, а то смешно, знаешь…  будто я упрекаю его в чем-то. Ты и правда  веришь, что они после всего подружились с Беркутовым?  - встала я и стала убирать со стола.

-  Звучит дико - может быть и правдой.