Мистер

Его обычно произносят мужчины, но Максим этого не знает. Она делает глоток, и янтарная жидкость холодным водопадом течет ей в горло.

– М-м-м.

Алессия довольно закрывает глаза и отпивает еще раз.

– Есть хочешь? – хрипло спрашивает он.

– Нет.

Она наслаждается глотком простого пива, и эта картина будоражит меня до глубины души. Возможно, впервые в жизни я не знаю, что сказать. Я не знаю, чего она ждет. Странно. У нас с ней ничего общего, и близость, которую мы испытали в машине, куда-то исчезла.

– Идем, я покажу тебе дом. – Протянув Алессии руку, я веду ее в большую гостиную. – Это столовая. Или гостиная. Зови, как хочешь. Открытое пространство.

Углубившись в комнату, Алессия замечает у стены белое пианино.

«Пианино!»

– Играй, сколько пожелаешь, – говорит Максим.

Ее сердце на мгновение замирает, и девушка счастливо улыбается, открывая крышку инструмента. Внутри написано только одно слово:

KAWAI

Это название ей незнакомо – ну и что? Алессия нажимает клавишу до первой октавы, и нота звучит, окрашивая комнату золотистым светом.

– E pёrkryer[8], – выдыхает она.

– А здесь балкон. – Максим показывает на стеклянную стену в дальнем конце комнаты. – С него видно море.

– Море? – восклицает она и стремительно поворачивается к нему, требуя подтверждения.

– Да.

Алессия бежит к стеклянной двери.

– Я никогда не видела моря! – тихо произносит она, приникает к стеклу, расплющив нос о холодную гладкую поверхность, и тщетно всматривается в тьму.

В чернильно-черной ночи ничего не видно.

– Никогда? – недоверчиво переспрашивает Максим и останавливается с ней рядом.

– Нет.

Заметив на стекле следы, которые остались от ее носа и дыхания, она стирает их рукавом.

– Завтра сходим на пляж, – говорит Максим.

Алессия улыбается и вдруг протяжно зевает.

– Ты устала. – Максим бросает взгляд на наручные часы. – Конечно, уже половина первого. Пойдешь в постель?

Алессия застывает, только сердце бьется, как пойманная птица. Его вопрос повисает в воздухе.

«В постель? В твою постель?»

– Я покажу тебе твою комнату, – говорит он, но они не двигаются с места, пристально глядя друг на друга.

Алессия никак не может решить, что испытала, услышав последние слова: разочарование или облегчение. Наверное, разочарования все-таки больше, чем облегчения.

– Ты нахмурилась, – шепчет он. – Что такое?

Она молчит, не может и не хочет облечь в слова мысли и чувства. Ей любопытно. Он ей нравится. Но она ничего не знает о сексе.

– Пошли. Я отведу тебя в твою комнату.

Максим забирает с кухонной столешницы пластиковые сумки, и Алессия поднимается за ним по лестнице. На самом верху их ждет ярко освещенная площадка и две двери.

В просторной спальне стены выкрашены в белесые тона, у стены стоит огромная кровать, напротив – окно.