Мистер Генофонд (СИ)

— Бальные танцы, концерты, спектакли, выставки… Ни дня без открытия.

— Неугомонная женщина! — прозвучало с нескрываемой гордостью. — Самая потрясающая из всех, каких я встречал.

Голос Льва Дмитриевича дрогнул, и одновременно что-то дрогнуло внутри меня. Что-то свое. Знакомое до боли и все еще до конца непонятное. Отозвалось как эхо.

— Когда выберемся отсюда, отругаем ее вместе. Так? — больше сдерживать себя я не могла. Все еще прижатая к боку одного Крамера, потянулась ко второму и крепко его обняла. — Будем долго-долго ее ругать, пока не поймет, что была не права.

— Она упрямая, как… — договаривать Лев Дмитриевич не стал.

— Как коза, — продолжила я за него, оглянувшись на Леху.

— Порода такая, — авторитетно кивнул тот, и, несмотря на полное отсутствие информации, от сердца отлегло.

Мне словно что-то вкололи. Возможно, из того же набора лекарств, что достался бабушке. Такое мощное, обволакивающее сознание, что плакать вдруг перехотелось, а напряженные нервы расслабились.

Эти мужчины одного племени… Эти четыре похожие руки на моих плечах… две пары одинаковых серо-голубых глаз… Они каким-то удивительным образом умудрились вывернуть душу наизнанку. Несколькими фразами, будто знали тайный шифр. И потом возвратили эту несчастную штуковину на место.

Родовое проклятие. Не иначе! Знать бы еще чье: Крамеров или наше с ба.

Глава 32. Круги на воде

Все циклично.

Вселенная любит повторять испытания…

или дает шансы переиграть.

ПоляВ объятиях сразу двух мужчин, поразительно похожих друг на друга, время до прихода врача пролетело незаметно.

Лев Дмитриевич рассказывал, как он познакомился с бабушкой. Благодарил Лешку за то, что оставил в свое время его присматривать за нашей семьей. Шутил, что получить погоны подполковника было проще, чем пригласить гордую скрипачку на свидание. И как-то странно переглядывался с внуком. Будто с сочувствием или пониманием.

Возможно, стоило спросить прямо, не скрывают ли эти двое от меня что-либо. Но открытий за вечер оказалось и так слишком много. В лучших традициях Скарлетт О'Хары я закрыла глаза и оставила это дело на потом.

Сейчас желания были предельно просты: услышать мнение врача, передать бабушке, что очень ее люблю, и уснуть где-нибудь в уголке. Можно у Лехи на коленях прямо в больнице, или на заднем сиденье его «Ауди», или дома, если до утра успеем туда попасть.

Где именно, без разницы. Сумасшедший секс и такой же сильный стресс вымотали настолько, что я вполне могла уснуть и на жесткой лавке в приемном покое.

Состояние походило на прострацию. Наверное, благодаря ему заключение врача не показалось таким уж тревожным.

— Говорить о чем-то конкретном пока рано, — начал он, получив свой стаканчик кофе.