Мистер Генофонд (СИ)

Больница находилась недалеко от нас, а вечерний Питер порадовал отсутствием пробок.

Как я и ожидала, к бабушке, конечно же, не пустили. На суровую вахтершу в кардиологии не подействовали ни мои уговоры, ни попытка сунуть деньги. За последнее Леха чуть прямо там, под дверью, не отшлепал меня.

Однако его дед и правда оказался волшебником. Не представляю как, но Лев Дмитриевич нашел способ оставить нас в приемном покое, чтобы смогли переговорить с врачом. И даже принес по стаканчику кофе.

— Ядя стабильна, прогноз хороший. Мы успели вовремя. — Уставший, с белым лицом и подрагивающими руками, он присел рядом на металлическую скамейку. — Доктор скоро подойдет. Он все расскажет. Я боюсь что-нибудь напутать. Голова совсем не соображает.

Сейчас знаменитый «дед» не был похож на того бойкого подполковника, который жил в соседнем доме. Не был он похож и на недавнего юбиляра.

Может, я плохо рассмотрела его в ресторане. В тот вечер в принципе было не до именинника. А может, так сильно ударило случившееся с бабушкой.

На миг даже захотелось обнять этого хмурого немолодого мужчину и пообещать, что все будет хорошо.

Сумасшедшее желание. Особенно для той, которая сама ничего не знала.

— Я больше никому не сообщил о Яде, — Лев Дмитриевич словно извинялся.

— Родители на очередной конференции. Скорее всего, уже спят, а телефоны отключены, — я сделала первый глоток. Язык и горло обожгло, но почти не заметила.

— Она запретила звонить даже тебе, но эта ее вечная конспирация… — не договорив, Лев Дмитриевич шумно выдохнул.

— Что значит «конспирация»?

Чтобы не выронить стаканчик от очередной новости, я поставила его рядом с собой.

— Это не первый скачок давления. Раньше тоже были.

— Раньше?..

— Она не хотела никого расстраивать. А я так и не смог уговорить ее пройти нормальное обследование. — Он устало провел рукой по лицу. — Не прощу себе этого никогда.

— И как… Как давно у нее начались проблемы?"

"Я расстегнула верхнюю пуговицу. Воздуха вдруг стало не хватать.

— Четыре года точно. Возможно, и раньше. Она такая скрытная, что я сам не сразу узнал.

Все же правильно я сделала, что отставила кофе. После этого признания стаканчик точно выпал бы из рук. Совершенно посторонний человек знал о бабушке больше, чем я или ее родная дочь. А еще уже много лет у одинокой светской львицы Ядвиги Яновны был мужчина… Не просто мужчина, а такой, которому она доверяла тайны и из-за которого оставила свой траур по дедушке.

У меня будто земля под ногами качнулась. Счастье, что сидела. И еще большее счастье, что сидела рядом с Лехой. Словно почувствовав мое состояние, он пододвинулся поближе и обхватил за плечи.

— Ба… Она изображала такую здоровую… — мой голос осип.

— О да, играть она умеет. И жить на полную катушку.