Миссия: разлюбить засранца

Может натворить делов. Мнусь, тру переносицу, а потом неохотно признаюсь:

— Это не прям какая-то уголовка. Каролина, конечно, больная на всю голову, но знает тонкую грань. Она нашла двух придурков, чтобы те припугнули Полю. Поддержали в подвале несколько часов.

— Ты думаешь, этим бы все ограничилось? — недоверчиво выплевывает Арсен.

— Арс, я видел этих двух олухов. Поверь на слово, если бы Устинова не была в отключке, она бы этих идиотов в два счета уделала.

Потому что изначально бы не позволила затащить себя в подвал, потому что, вероятно, начала пугать полицией и остальным. Может, те два кретина и выглядят как гроза района, но на деле трусливые шакалы.

— Но она в отключке, Дар! Как и моя девушка!

Вообще-то Устинова уже была не в отключке, но я не поправляю друга.

— Я знаю, — поднимая примирительно руки, киваю головой. — С этих двоих взять нечего. Они уже получили свое.

— А Королева? Она свое получила? — цедит сквозь зубы.

— А что ты хочешь, чтобы я сделал? — не выдержав, рявкаю. — Чтобы я запер ее в этом подвале? Нанял киллера? Покалечил? Изуродовал? — хватаюсь за волосы, и, набрав воздуха в легкие, сухо отрезаю: — Она завтра переводится в другую школу. Об этом я позаботился.

И я действительно думаю, что Каролина переведется. Уж я об этом позабочусь.

— Что насчет того видео? Может, это преподаст ей урок?

Может, и преподаст. Нет, не само видео, а ее отец, когда увидит как развлекается его дочь. И как бы не был велик соблазн слить его в сеть, или скинуть на почту Владимиру, я уверенно произношу:

— Я ничего лично с этим делать не стану, — Арсен выглядит так, словно сдерживается из последних сил, чтобы не врезать мне. — Но я отдам это видео девочкам, и они сами решат как поступить.

И нет, я не перекладываю ответственность. Мне ничего не стоит слить компромат, но где гарантия того, что Каролина окончательно не слетит с катушек и не начнет нас преследовать? Особенно, когда давить на нее будет нечем. И да, я действительно считаю, что только девчонкам решать.

Герасимов отворачивается и рывком открывает дверь машины.

— Арс, я тоже в бешенстве. Когда увидел Полину там… — от неприятной картины, что всплывает в памяти руки сами собой сжимаются в кулаки. — Черт, я еле остановился! Я мог их убить, понимаешь? — И убил бы, если бы Полина не лежала там напуганная и заплаканная на холодном полу. — Королева уберется из нашей жизни. Я сделаю так, что ей придется уехать далеко и надолго, а с этим видео пусть решают девочки.

— Как ты сделаешь так, чтобы она убралась? Вежливо попросишь об этом? — язвительно кидает Герасимов.

— У меня есть еще фото, где она балуется снежком. Я поставил условие. Три дня. Либо она переводится, либо фото будут на столе у ее отца.

— Она заслуживает больше, чем это…

Мы садимся в машину, и едем ко мне домой.