Скажи миру – «нет!»

 – Ингрид, державшаяся, как всегда, рядом с Бассом, подошла к нам. – Я хорошо умею…

– Тогда держи. – Сергей отдал ей Олькин мешок. – Работай.

Жоэ был честен. Он ждал нас, пока мог.

Сожженная наполовину каравелла лежала боком на мели. Песок был истоптан и почернел от крови, валялся разный мусор. Вяло чадил большой костер – остаток ниггеровского пиршества. Тут же, у черного борта корабля, лежали несколько голов.

Жоэ был третьим слева.

Мы одновременно подняли головы. Там, где стояла крепость, тянулись в утреннее свежее небо столбы дыма.

– Север… – Я осекся. – Джек, посмотри – нет ли там живых.

– Корабль сожжен. – Саня попинал борт, тронул его пальцем, с гримаской вытер испачканную руку о песок. – А нас двадцать два человека…

– Двадцать один, – подошла Ингрид. – Кристина умерла.

– Достаньте ассегай, – приказал я. – И похороните ее.

Но потом не выдержал, пошел сам посмотреть.

Пальцы Кристины после смерти разжались, и ландскетта выпала. Я поднял шпагу, помедлил… положил ее на грудь девчонке. Мышцы ее красивого лица расслабились, нижняя губа чуть отвисла – и от этого Кристина казалась обиженной…

…Джек со своими прикатил из крепости четыре больших глиняных сосуда и принес моток веревки.

– Плот, – сказал он. – Надо строить плот, иначе погибнем. Не спрячемся. Остров-то небольшой… У нас есть время – немного, но есть, они пока сюда не додумаются вернуться.

– Через пролив на плоту? – Фирс покачал головой.

– Тогда можешь вернуться в горы и еще несколько дней по ним побегать, – отрезал я. – Ладно. Похороните Кристину – и за работу!

– Еды мало. – Ленка Власенкова тоже получила свое, она была ранена в левое плечо и в левое запястье. – Воды в эти кувшины войдет литров по пятьдесят, всего, значит, двести, если по литру в день – это всем на десять дней. Думаю, хватит за глаза, а еды мало.

– Поголодаем, – отрезал я, тревожно оглядывая холмы и лес на них. – Я вообще не жрать готов, лишь бы отсюда подальше…

– Логично, – вздохнула она. – Ладно. Пойду укладывать, а то побросают как попало…

«Вот и все, – подумал я. – Два часа – и все. Мы уже ни про кого не помним. Дела и надо укладывать груз…»

– Есть одна опасность, – раздался голос за мной, и я повернулся. Джек стоял около меня, машинально оттирая руки от черных пятен смешанной с грязью и гарью смолы. – Нас может подхватить течение. Плот не выгребет, не корабль.

Джек говорил тихо и спокойно. Поэтому и я ответил так же:

– Тогда – Мальта. Пантеллерия. А дальше – Балеарские острова. Только до них есть риск уже не доплыть. Или, может, нас кто-нибудь подберет.

– На благоприятный исход? Три из десяти… Надо еще все фляжки наполнить… Знаешь, князь, а умирать-то не хочется.

– И тебе? – хмыкнул я.

– И мне… А все-таки, – он сощурил глаза, – на юге что-то есть.