Миротворец

Но посчитал всё же нужным оскорбиться:

– А зачем ругаться? Если для блага государства на подвиг иду, так подлец сразу?

– Королеве под юбку заглядывать на благо государства? – прошипела принцесса. – И с каких пор под юбки заглядывать – это подвиг?

– Ну, не под каждую юбку заглядывать подвиг. Но королеве, осмелюсь заметить, всё же подвиг, – рассудительно сказал я, – Ибо не каждый после такого выживет, потому смелость большую иметь надо. А лично я на подвиг готов идти только ради блага государства!

– Ну, ты, – задохнулась Эльза, – Кобелина! Ты Айе под юбку тоже заглядывал на благо государства?

– А на Айе не было юбки, – развёл я руками, – Но если бы она была, и благо государства требовало бы заглянуть, я, как верный слуга трона и Отечества…

Договорить я не успел, так как Изольда, усевшись в кресло, рявкнула:

– Да вы не охренели?

На что Торрен испуганно и умоляюще протянул:

– Ва-а-а-аше Величество!

А Эльза поставила на столик бокал, которым недвусмысленно размахивалась в мою сторону.

Я сел в кресле почти по стойке смирно, то есть, откинулся на спинку, закинув ногу на ногу, и спросил:

– Ну как корона, Ваше Великолепие?

Изольда на минуту замолчала, опять прислушиваясь к себе, и произнесла:

– Я её чувствую. И странное ощущение во всём теле. Будто ощущаю, как бежит кровь внутри меня. И состояние лёгкости. Если вкратце.

– Может, это влюблённость? – невинно спросил я, – Я слышал, такое бывает, если появится достойная кандидатура умного и красивого кого-то. И женщина бах, и влюбилась!

Изольда недоумённо посмотрела на меня. А я продолжил:

– Могу предположить, что вы воспылали страстью к графу Торрену, например, – услышав, как мучительно закашлял из-за портьеры советник, я быстро добавил: – Но так как граф уже не молод, да и есть объективно в этой комнате люди посимпатичнее графа…

– Сестрёнка, – обратилась Изольда к Эльзе, – А может, отрубить ему голову?

– Ваше Величество! – на этот раз мы воскликнули с Торреном хором, и я добавил уже один: – Народ не поймёт! Накануне свадьбы своей сестры королева казнит её жениха?

Изольда задумчиво нахмурилась:

– Тогда можно вырезать язык!

– А вот этого не поймёт уже принцесса! – воскликнул я, и, глянув на залившуюся краской Эльзу, добавил: – Поверьте, мой язык ей ещё ох, как пригодится!

– Это зачем ещё? – спросила недоумённо королева. Эльза покраснела ещё сильнее, а потом королева, поняв что-то, вслед за ней залилась краской…

– Ваше Величество, – таинственным голосом произнёс я, – Если Вы настаиваете на ответе…

Изольда, глянув на покрасневшую сестру, произнесла почти смущённо:

– Заткнитесь уже, герцог. Вам бы шутом быть, цены б вам не было!

– А как я про поход расскажу, если заткнусь?

– Рассказывайте про поход, а про остальное молчите!

Ну, я рассказал.