Миротворец

Время от времени бойцы снизу из-под щитов выкатывали пару гранат к баррикаде, заставляя укрываться лучников, и давая нам секундную передышку. Через пару минут град стрел уменьшился, и я услышал крики с баррикады:

– Гранаты! – заорал я, – Пли по баррикаде!

Два десятка гранат улетели в импровизированную защиту, и там знатно жахнуло, разметав камни и доски.

Два десятка арбалетчиков присоединились к двадцати нашим легионерам, стреляющим сверху. Враги откатились от баррикады, и, теряя убитых и раненых на площади, забежал в здание муниципалитета. Мы черепахой вышли на площадь. Слева и справа выкатились сотни Курта и Арона. Потом с других улицы стали выходить и другие наши сотни. Город был зачищен буквально за час. Теперь лишь осталось решить, что делать с тэнеберийцами, закрывшимися в здании муниципалитета.

– Курт, – я устало присел на какой-то обломок: – Узнай по потерям и доложи! Арон! Направь патрули на все улицы города. Замы ушли исполнять приказания, а я закурил. Ко мне подошёл Артус Кривье и сел рядом:

– Серж, что ты сделаешь с графом Вуаретом?

– А что делают с мятежниками? – вопросом на вопрос ответил я.

– Помиловать никак не получится?

– Это война, Артус. Если нас не будут бояться, нас не будут уважать. Все должны знать, что мы держим слово. В Тэнебери очень много развелось нечисти. Гражданская война выметнула всю грязь наверх. И нам нужно наводить здесь порядок. И тебе в первую очередь! Тебе здесь жить! А чтобы грязь смыть, нужно быть последовательными.

Кривье глубоко вздохнул и произнёс:

– Артус! – я пристально посмотрел на графа, – Поверь, мне такие меры тоже не приносят никакого удовольствия! Но иначе нельзя! Ещё раз говорю – хотя бы раз дадим слабину – и нам конец! И не спасут нас ни гранаты, ни ростовые щиты! От ночного ножа или яда не спасёт ни первое, ни второе. И только если будут знать, что мы безжалостны – нас побоятся трогать!

– Серж! – подошёл Курт: – Погибло семьдесят человек. Ещё три сотни ранены, но жить будут.

Я выбил трубку и бодренько вскочил на ноги. Повернулся к Курту и Кривье:

– Ну что, пойдёмте выкуривать Вуаре из конуры?

– Это как? – заинтересованно спросил барон Курт Кретон.

Я лишь молча кивнул на легионеров, стаскивающих снопы хвороста к каменному зданию, и раскладывающих их вокруг муниципалитета. Потом один из солдат запалил сложенное топливо, и хворост, весело потрескивая, загорелся, окутывая дымом здание. Через пять минут ворота распахнулись, и оттуда стали вываливаться тэнеберийцы. Легионеры быстренько нашли графа Вуаре и подтащили к виселице.

– Граф! Как мятежника, восставшего на священную власть короля, приговариваю вас к повешению! – махнул рукой, отдавая приказ, и пошёл прочь, не глядя назад.