Миражи Амальгамы

Сколько можно издеваться надо мной? Думаете, если богач, то вам всё сойдёт с рук?

– Извините, извините, – виновато зачастил Джереми. – Я понимаю, что надоедаю, простите, но выслушайте нас, пожалуйста.

– И не подумаю, – женщина попыталась захлопнуть дверь. – Теперь вы явились с поддержкой и снова будете меня допрашивать?! Ни за что! Совсем с ума посходили, порядочным людям покоя не дают!

– Подождите, – мощная лапа Кренделя не дала двери закрыться до конца. – Что вам стоит поговорить с нами? Или вы что-то скрываете?

– Я? – растерялась женщина. – Мне нечего скрывать, – она гордо подняла голову. – Господин Олдридж неделю изводил меня расспросами про эту несуществующую пару. Сто раз ему объясняла, что никогда и никому не сдавала свою квартиру. Бесполезно!

– А мы не могли бы зайти? Если, конечно, вы ничем не заняты. Просто пройдёмся по квартире, – Тимур просительно посмотрел на женщину. – Если вы уверены в своей правоте, вам нечего скрывать.

– Не знаю, стоит ли… Ладно, проходите. Надеюсь, после этого господин Олдридж перестанет меня изводить! – повысила голос хозяйка. – Можете звать меня Леонтия.

Скромная уютная квартирка в две комнаты, никаких излишеств. Старая добротная мебель, слегка потёртые ковры и дешёвые выцветшие шторы.

– У вас есть дети? – поинтересовался Тимур, остановившись у полки с мягкими игрушками ручной работы.

– Нет. Игрушки шила на заказ, пыталась свести концы с концами. На зарплату секретарши не разгуляешься, – с досадой объяснила хозяйка.

– Здесь всё было по-другому, – прошептал Джереми, когда Леонтия демонстративно отошла к окну и уставилась на улицу. – На этом месте были дорогой диван и кресла, здесь лежал шикарный ковёр, который стоит немалых денег. Портьеры из радужного фарма – чудесная вещь.

– Фарм – очень дорогая материя из Четырнадцатой параллели, – объяснил Крендель.

Во второй комнате стояла обычная деревянная кровать и тумбочка с книжным шкафом. Тимура удивил только железный крюк прямо на потолке.

– Полгода назад у меня умерла мама, – объяснила Леонтия, перехватив его взгляд. Она почему-то встревожилась и теперь следовала за ними по пятам. – К крюку крепилась перекладина, чтобы мама могла самостоятельно садиться.

Неожиданно затрещал телеграф, хозяйка извинилась и побежала в прихожую. Тимур быстро подошёл к тумбочке и открыл её. Она была набита лекарствами в ярких упаковках.

– Ого, – присвистнул Джереми. – Да тут целое состояние!

– Госпожа Леонтия, я могу попить воды у вас на кухне?

– Проходите, чистая посуда слева на полке, – хозяйка, не отрываясь, что-то быстро передавала по телеграфу.

Тимур набрал стакан воды и, отхлебнув несколько раз, провёл пальцем по новой сверкающей электрической плите.

– Нашли? – появилась Леонтия.