Мир-о-творец

Настоящей королевой, слово которой – закон.

Посему, окончательно в этом уверившись, она направилась помолиться. В небольшую часовенку, близкую ее сердцу.

Королева время от времени поступала так.

Просила верных ей людей обеспечить покой. И удалялась в храм для уединенной молитвы. Вот и сейчас она поступила также.

Понятное дело – уединение условное. Внутри пустой церкви находилась только она. Однако за дверями располагались верные ей люди."

"Она подошла к заботливо постеленному коврику. Красивому.

Встала на колени.

И сложив руки в молитвенном жесте сосредоточилась на общении с Богом. Во всяком случае, она так считала. Обращая в слух, тихим шепотом свои слова ему в надежде, что он ее услышит.

Едва различимое бормотание.

Ей ужасно не хотелось, чтобы придворные подслушивали ее интимные молитвы. А про себя молится она не решалась. Ибо воспитание говорило – нужны слова. Ибо сам Всевышний начал со слов, создавая сей мир…

Королева благодарила Бога за то, что образумил ее подданных и просила мужа. Хорошего, славного мужа, который бы защитил народ Англии от всяких угроз.

Молилась долго.

Молилась истово.

Даже слезы время от времени сбегали по ее щекам из-за переполняющих женщину чувств…

И тут ей показалась, что за ее спиной кто-то ходит… словно какие-то тихие, кошачьи шаги, характерные для прислуги, не желающей взволновать или как-то потревожить свою Госпожу.

– Я же просила оставить меня в покое! – раздраженно произнесла королева. Не очень громко, но достаточно отчетливо для того, чтобы тот нарушитель все услышал и удалился.

Вместо этого шаги ускорились. И буквально в пару секунд этот некто совершенно к ней приблизился.

Королева опустила руки, что держала, сложив ладони лодочкой, и начала разворачиваться. С растущим раздражением и даже злобой на лице. Однако в этот самый момент на ее шею накинули тонкие шелковый шнурок. И захлестнув его на затылке, потянули за концы.

Сильно.

Очень сильно.

Из-за чего Елизавета рефлекторно открыла рот, а руки ее бросились к этому шнурку. Однако он был очень тонким и сильно врезался в шею. Да, худую. Но это ему ничуть не мешало.

Пальцы Королевы заскребли по шее, раздирая кожу, пытаясь добраться до шнурка. Но все без толку.

Тот, кто стоял сзади, только сильнее потянул за его концы, крепче затягивая удавку на тонкой, хрупкой шее. И даже немного встряхнул тело своей жертвы, явно увлекаясь.

Королева не только пыталась орудовать пальцами, но и пыталась встать. Но куда там…

– Сдохни исчадие ада… сдохни… – шипел мужской голос совсем рядом. Знакомый голос. Только Елизавета, все сознание которой пребывало в панике, не могла его вспомнить. Да и не пыталась. Все, что она хотела сейчас – освободиться от удавки.