Эпоха мёртвых. Москва

Тогда в нём были два молодых парня с автоматами и какая-то разбитная и вульгарная, но довольно красивая девка. Теперь возле издырявленной машины, среди осколков закалённого стекла, в лужах крови, валялись на асфальте два изорванных пулями трупа тех самых парней, причём было видно, что кто-то выбросил их наружу из машины, открыв двери. Больше никого поблизости не было, ни той девки, ни кого-то ещё.

— Этих обшмонали, — сказал Лёха, приглядевшись. — Вон, кобуры пустые и других стволов не видно.

— Да уж наверняка, — согласился я с его выводом. — Интересно, что здесь случилось? Вообще-то нам лучше валить отсюда, могут не понять наше присутствие. Это же местные, я их узнал.

— Я тоже узнала, — подтвердила Татьяна.

— А это кто? — спросил Лёха, указав рукой куда-то в сторону.

Я посмотрел и увидел ту самую блондинистую девку, несущуюся к нам из леса и размахивающую руками.

— Ребята! Подождите! — закричала она, хоть мы никуда и не собирались уезжать.

Она подбежала ближе, тяжело, запалённо дыша. И я разглядел её чуть внимательней. Светлые волосы прилипли к потному лицу, на боку была кобура, но пистолета у неё не было. Одета она была в обтягивающую жёлтую майку с кожаной курткой поверх неё, и теперь на жёлтой ткани расползлось заметное красное пятно, а руки у девки были испачканы в крови — она была ранена, но не сильно, судя по всему.

— Ребята, помогите, довезите до базара! — буквально взмолилась она.

— А что случилось? — спросил я у неё, кивая на простреленный «мерседес».

— Чечены, скоты! — слегка истерично взвыла она. — Постреляли мальчиков!

— Ну садись давай, — кивнул я, указав на «Форанер». — По дороге расскажешь.

Она с готовностью кивнула и полезла на заднее сиденье. Я развернул машину, объехав издырявленный «Геленд» по кругу и слегка захватив канаву, и покатил обратно, постепенно разгоняясь.

— А что за чечены? — спросил я. — Много?

— Та откуда я знаю? — чуть даже возмутилась девка, причём её украинский акцент даже усилился. — Как давай стрелять, я еле сбежала. А мальчиков сразу убили.

— На чём были? — снова задал я вопрос. — На серебристой «Паджере»?

— Та откуда я знаю? На серебристой, верно, а «Паджера» оно или не «Паджера», я не в курсе.

— Так там один всего был, на «Паджере», — сказал я. — Он в одиночку напал, что ли?

— Это чего в одиночку? — как бы даже обиделась девка. — Его небось на выезде ждали. Не один.

Не знаю почему, но не поверил я ей сразу и категорически. Хотя бы потому, что чеченец не выглядел так, что собирается устроить на кого-то засаду. Выглядел он по-другому, как будто проблем у него выше головы и он их разгребать не успевает. А вот баба мерзкая какая-то… глаза такие ясные, ласковые, с такими только брехать без передышки. И в голосе что-то.