Эпоха мёртвых. Москва

 — Шашлык готов!

Действительно, кабатчик притащил здоровую тарелку с дюжиной палок шашлыка, нарезанным луком, зеленью и пластиковую бутылку кетчупа.

— Уважаемый, а свинка откуда? — спросил Лёха.

— Местная, — усмехнулся шашлычник. — Из деревень покупаем. А что?

— А забивали как? — задали ему следующий вопрос. — Не воскресла?

— Ха! — заулыбался он. — Из «Макарова» теперь забиваем, между ушей, резать нельзя. А так всё нормально, попробуй.

— Да я и не сомневаюсь, — ответил Лёха. — Просто интересно.

— Всем интересно, каждый второй спрашивает, — охотно пустился тот в объяснения. — Теперь только так свинью резать надо. Или стрелять, или, как зарезал, сразу голову пробивать. А то через пять минут воскреснет. А телёнок так мёртвый и остаётся, не воскресает. И баран.

— Да ну? — удивился я до невозможности. — То есть свинья в мертвяка превращается, а корова нет?

— Верно, — подтвердил тот. — Корова так мёртвой и остаётся.

По ходу дела он открыл бутылки пива и расставил с подноса стаканы.

— Нет, спасибо, — отказались мы.

— Приятного аппетита. Кушайте на здоровье.

Ишь ты, вот как получается… Это выходит, что травоядные в зомби не обращаются? Только хищники вроде собак и всеядные, как люди или те же свиньи? Интересно, интересно… За счёт чего такое безобразие получается?

Шашлык был отличным, нюх нас не подвёл. Сочный, с хрустящей обжаренной корочкой, белый и нежный внутри. Талант у человека оказался, умел жарить, не зря свинку застрелил. Пиво было холодным, мясо горячим, так что завтрак шёл под гору со скоростью курьерского. Когда догрызал последний шампур, случайно поднял голову и увидел какого-то мужика с бородой, в камуфляже и в разгрузке, смотрящего в нашу сторону, и с ним одного из охранников, кивающего и показывающего на нас.

— Повнимательней, — сказал я негромко, откладывая недоеденный шашлык и опустив ладонь на рукоятку так и висящего на груди АКМ. — К нам кто-то, на чеха похож.

Лёха глянул в ту сторону исподлобья, сказал: «Ага, вижу!» — и поудобней передвинул «сто пятый».

Бородатый покивал говорившему, затем решительно направился к нам. Когда он подошёл ближе, я разглядел, что у него не далее как вчера лицо посекло стеклом или осколками. Да и вообще ему где-то крепко досталось, местами камуфляж прорван и испачкан, словно хорошо поползать довелось. Не из тех ли, с кем мы сцепились у завода ЖБИ намедни? На разборки идёт… Нет, сомнительно, тогда бы стрелял уже, а у этого автомат за спиной и к кобуре не тянется.

Бородатый подошёл ближе и спросил, адресуясь к Лёхе, как к самому здоровому, видать:

— Ребята, вы «Паджеру» продаёте?

— Мы, — ответил я. — Нужна?

— Сколько хотите за неё? — ответил встречным вопросом чеченец.