Мёртвое озеро

Быстро оглядываюсь по сторонам. Дом действительно маленький, и обстановка довольно скудная: диван, кресло, ноутбук на маленьком деревянном столике, приткнувшемся в углу. Крышка ноутбука откинута, и на экране мерцает заставка – колышущееся северное сияние. Насколько я вижу, телевизора у Сэма нет, зато есть отличный стереопроигрыватель и впечатляющая коллекция виниловых пластинок, с которой, должно быть, адски трудно переезжать. Полки вдоль одной из стен сплошь заставлены книгами. Совсем иной стиль жизни, нежели тот, который выработала я – когда нет ничего любимого или необходимого. У меня возникает ощущение, что у него действительно есть… жизнь. Укромная, самодостаточная, но подлинная и живая.

Блинчики пахнут вкусно. Я прохожу вслед за Сэмом в кухонный уголок и смотрю, как он отделяет блинчик от сковороды и переворачивает, подкинув в воздух, с ловкостью повара в телевизионном шоу. Такая ловкость дается годами тренировок. Это впечатляет. Кейд снова ставит сковороду на газовую конфорку и улыбается мне обезоруживающей улыбкой.

– Вы любите черничные блинчики? – спрашивает он.

– Конечно, – отвечаю я, потому что действительно их люблю, а вовсе не из-за его улыбки. К улыбкам у меня иммунитет. – Ваше предложение о помощи в ремонте дома – оно все еще в силе?

– Несомненно. Я люблю работать руками, а крыша нуждается в починке. Можем поторговаться за цену.

– Если вы хотите включить в торг черничные блинчики, то ничего не выйдет. Я недавно съела пирог.

– Но я попробую. – Он смотрит на блинчик, лежащий на сковороде, и снимает его именно тогда, когда тот идеально прожарен. Затем кладет его поверх трех уже готовых и протягивает тарелку мне.

– Нет-нет, вы же сделали их для себя!

– И сделаю еще. Давайте ешьте. Они остынут к тому времени, как будет готова следующая порция.

Я мажу блинчики маслом, и поливаю сиропом, стоящим на столе, и с разрешения хозяина дома наливаю себе кофе из кофейника, стоящего на подогреве. Кофе крепкий, и я добавляю в него немного сахара.

Я уже наполовину съедаю свою порцию блинчиков – и, черт побери, они теплые, пышные и вкусные, с кисло-сладкими вкраплениями свежей черники, – когда Сэм усаживается на стул напротив меня и тоже наливает себе кофе.

– Как вам? – спрашивает он.

Я проглатываю откушенный кусок и отвечаю:

– Где вы так научились готовить? Блинчики потрясающие.

Он пожимает плечами.

– Меня научила мама. Я был старшим из детей, а она нуждалась в помощи. – Когда Кейд говорит это, на его лице появляется странное выражение, но он смотрит вниз, в тарелку с блинчиками, и я не могу разобрать: задумчивость это, тоска по родным или что-то совсем иное?

Потом оно исчезает, и он начинает поглощать блинчики с неподдельным аппетитом.