Мёртвое озеро

– Дети не очень интересуются плаванием, – отвечаю я матери, не проявляя ни малейшего раздражения по поводу того, что она вообще подняла этот вопрос. – Но мы часто бегаем трусцой.

– Да, по тропе вокруг… – начинает Ланни, и я молниеносным движением нажимаю кнопку отключения звука. В следующее мгновение она осознаёт свою ошибку. Моя дочь едва не сказала «вокруг озера»… И хотя в стране тысячи озер, это все-таки улика. Мы не можем позволить даже такой мелочи просочиться в эфир. – Извини.

– Я хочу сказать, мы часто бегаем на свежем воздухе. Тут красиво.

Ей трудно умалчивать подробности – погода, деревья, озеро, – но мать ограничивается сказанным. Общими словами. Она знает, что требовать большего нельзя. Такова горькая реальность нашей жизни.

Прежде я гадала, какой была их жизнь без меня; моя собственная жизнь за решеткой была адом, в постоянном жгучем страхе за моих детей. Судя по той радости, с которой они всегда звонят бабушке, я пришла к заключению, что она смогла создать для них относительно мирный кусочек жизни – отдых от той кошмарной реальности, в которую они оказались вышвырнуты так неожиданно. По крайней мере, я надеюсь, что так оно и было.

Я надеюсь, что мои дети не способны притворяться настолько убедительно, потому что это тоже было бы частицей мрачного наследия Мэлвина Ройяла.

Мать разглагольствует о Ньюпорте и о наступающем лете, но мы не можем рассказать, какая погода ожидается у нас; она знает это, и потому разговор в основном делается односторонним. Я гадаю, действительно ли ее радуют эти звонки. Или же для нее это просто долг? Если б я была одна, она, вероятно, не беспокоилась бы вообще, но мама действительно любит моих детей, а они лю бят ее.

Лица детей слегка мрачнеют, когда я завершаю звонок и откладываю телефон прочь до следующего раза. Ланни говорит:

– Жаль, что у нас нет «Скайпа» или чего-нибудь в этом роде, чтобы мы могли увидеть ее.

Коннор немедленно бросает на сестру хмурый взгляд.

– Ты же знаешь, что мы не можем этого сделать, – напоминает он. – По «Скайпу» могут отследить что угодно. Я смотрел сериалы про копов и все такое.

– В сериалах про копов показывают неправду, дурак, – фыркает Ланни в ответ. – Ты что, думаешь, будто «C.S.I. Место преступления» – это документальный сериал?

– Успокойтесь оба, – вмешиваюсь я. – Мне тоже жаль, что мы не можем увидеть ее. Но все хорошо, верно? У нас все хорошо?

– Да, – соглашается Коннор. – У нас все хорошо.

На следующий день «Сайко патрол» не приносит ничего особо нового, хотя, честно говоря, я уже так привыкла к общему ужасу, что не уверена, смогу ли распознать это самое новое, даже если оно меня укусит.