Миндаль

Я взял ящик с книгами, который утром оставил в углу спортзала, и понес в библиотеку.

Дверь легко открылась, и мне по перепонкам тут же ударил звук энергичных выдохов:

— Ха! Ха! Ха! Ха!

Я заглянул между стеллажей и увидел женский силуэт: девушка разминалась, стояла в разножке — одна нога впереди, другая сзади. Потом прыжок — и смена ног. Хотя она и прыгала на месте, выпады были амплитудные, глубокие. Ее волосы прыгали вместе с ней, по носу стекали капельки пота. Девушка подняла на меня глаза. Это была Дора.

— Привет. — Я знал, что это типичный способ завязать разговор в такой ситуации.

Дора прекратила прыгать.

— Это для библиотеки, хочу в дар передать. — Я раскрыл коробку с книгами, словно отвечая на вопрос, который она не задавала.

— Оставь здесь. Библиотекари потом разберутся и расставят что куда надо.

— А ты разве не из секции книголюбов? Им тут не помогаешь?

— Нет, я из секции легкой атлетики.

— У нас и такая есть?

— Есть. Только тренера нет. И в команде лишь я одна.

— А… — протянул я и аккуратно поставил приоткрытую коробку на пол.

— А откуда у тебя столько книг?

Я рассказал ей про книжную лавку. В библиотеку я передавал главным образом справочные пособия и дополнительные материалы к учебе. На них тоже существовала мода, и когда она проходила, продавалась такая литература за малым исключением очень плохо. Ну только если это не было каким-то популярным пособием для подготовки к экзаменам.

— Кстати, а ты это… — Я тоже решился задать ей вопрос. — Почему здесь тренируешься, а не в спортзале?

Дора поставила руки на поясницу, немного походила начала разминать шею.

— Да там ты у всех на виду, как на выставке. А здесь хорошо, тихо. Сам видишь, сюда сейчас особо и не ходит никто. А мне, чтоб быстро бегать, форму надо поддерживать.

С улыбкой и блеском в глазах люди, как правило, говорят лишь о том, что действительно любят. И у Доры сейчас было именно так.

— А бег — он тебе зачем?

Я спросил без всякой задней мысли, но блеск в глазах у нее погас.

— Ты что, специально? Ненавижу этот вопрос! От родителей наслушалась, тошнит уже.

— Извини. Я не в плане критики, просто хотел узнать, какие цели ты себе ставишь. Ну, типа, цель бега.

Дора вздохнула.

— Хм, для меня это все равно как спросить: «Вот ты живешь, а для чего оно?» У тебя есть цель, ради которой ты живешь? Просто живешь — и все, правильно? Когда происходит что-то радостное — смеешься, плохое — плачешь. Вот и у меня с бегом точно так же: побеждаю — радуюсь, проигрываю — расстраиваюсь. Если что-то не получается, злюсь на себя или жалею, что вообще начала заниматься. Но все равно потом продолжаю бегать. Просто так, без всякой причины. Точно так же, как живу.

Поначалу она говорила тихо, но в конце почти перешла на крик. Чтобы она успокоилась, я покивал.