Эра милосердия

Его глаза горели адским красным пламенем, плечи расправились, он окинул зал победоносным взглядом и зловеще выдохнул:

— Да, господа, мы победили! Все-таки, Он проиграл! И теперь я буду править этим миром в открытую, в соответствие с истинным титулом и полномочиями.

Вслед за Первым один за другим исчадия Преисподней начали вставать, поднимая вверх сжатую в кулак руку и издавая грозный рык:

— Князь Мира!

— Князь Мира!

— Князь Мира!

Над Перекрестком заискрил воздух, потом треснул, как старое истлевшее дерево, и из образовавшейся щели вырвались струйки серы, дымясь и стреляя пеплом.

4. В это время на Перекрестке

— Не нравится мне всё это, — проговорил Бес, мрачно глядя на небо. По времени уже давно должна была зажечься Вифлеемская звезда, а в небе по-прежнему было темно и тихо.

Они с Ангелом, как и год назад, стояли на том же Перекрестке, вот только все, все было по-другому, и это очень не нравилось Бесу. С самого утра его не покидало чувство тревоги, и он не мог понять, почему.

— Ты просто не выспался, — сочувственно сказал приятелю Ангел, и Бес, глядя на его беззаботное выражение лица, немного успокоился. Может, и правда не выспался?

— Звезды нет, — ткнул он пальцем в небо.

— Там кажется замыкание было, я видел, что-то ремонтировали, — Ангел был настолько спокоен, что и Беса потихоньку стало отпускать. Если бы еще не этот постоянный запах серы, который преследует его вот уже который день…

— Слушай, — спросил Бес, задумчиво, — а вот что будет, если Ему надоест?

— Что надоест? — не понял Ангел.

— Ну вот это все? — Бес неопределенно обвел рукой вокруг.

— Мир? — уточнил Ангел.

— Ну да.

— А что Мир? — Ангел мечтательно взглянул на небо, на котором по-прежнему не было видно ни одной звездочки. — Мир прекрасен и совершенен. Посмотри, как все в нем продумано, ни одной букашки нет, ни одного червячка, для которого бы не было своего предназначения.

— Ну да, ими обязательно кто-то питается, — усмехнулся Бес, но не так, чтобы обидно, и Ангел продолжил:

— Природа живет в полной гармонии с самой собой, каждая травинка, каждая пролитая капля, каждое дуновение ветра имеет свой смысл. И только человек находится вне этой цепочки.

— И зачем он Ему понадобился? — вздохнул Бес.

— Человек получил бессмертие и должен был встать над Миром, чтобы править, владычествовать, оберегать. Но…— махнул рукой Ангел, — имеем, что имеем. Да ты сам все знаешь.

— Пока что от человека Миру одни убытки, — поддержал его Бес, Ангел кивнул, соглашаясь. — Так вот я и спрашиваю, а-ну как допекут Его люди? Что тогда Он сделает, как думаешь?

— Думаю, тогда будем действовать по плану А, — уверенно ответил Ангел.

— Армагеддон?

— Он самый. Последняя битва. Прежде, конечно, бывшие твои напарники побудут у руля, но, недолго.