Миллионщик

Теперь я ехал не спеша, давая себе время подумать.

Признание Ольги, ее слезы, робкий, но такой искренний ответ на мои чувства — все это перевернуло мой мир. Судьба этого разоренного имения, этой хрупкой, но сильной девушки стала моей собственной.

Однако надо было вернуться к нашим баранам. Ну, то есть к нашим, мать их, «концессионерам»."

"Снова и снова прокручивая в голове наш разговор со Штиглецем, я все больше приходил к убеждению, что, вернее всего, барона попросту надули. Да, Штиглиц не дурак. Он один из умнейших и опытнейших финансистов империи. Если бы имел возможность проверить все сделки, которые ему приносили, он наверняка был почуял неладное. Но, черт побери, ведь таких сделок по выкупу земель были сотни! И Левицкие — лишь одна из многих. Так что эта подложная сделка проскочила вместе с остальными! Штиглица не просто обманули. Его использовали. Его деньги, его банк, его репутацию.

Я думал, и картина постепенно начинала проясняться. Французы-концессионеры, эти ушлые дельцы во главе с месье д’Онкло, пришли к Штиглицу за кредитом. Не на строительство, а на «непредвиденные расходы» — на «выкуп земель». Они представили ему смету, в которую и заложили эти самые двести сорок тысяч на покупку имения Левицких. Возможно, и других имений тоже. Штиглиц, для которого это была лишь одна из многих сделок, не вникая в детали и, доверяя своим партнерам, дал им деньги.

А они… они просто положили их себе в карман! Ну а чтобы отчитаться перед банкиром, состряпали эту самую фальшивую купчую. Возможно, с помощью того же Селищева, которому за подпись на пустом бланке бросили пару тысяч на покрытие карточных долгов. А может быть, воспользовались услугами коллег Изи Шнеерсона — дело-то действительно нехитрое!

Что ж, все вставало на свои места. Их план был гениален в своей подлости. Они получили от Штиглица огромные деньги на выкуп земли. А саму землю собирались получить почти даром, добившись изъятия поместья в казну за долги, запугав и разорив сирот Левицких. Двойная выгода. Двойное мошенничество. Правда, про это дело прослышал Мезенцев и решил тоже половить рыбку в мутной воде, выкатив иск о владении самой интересной частью поместья Левицких — берегом реки. В крайнем случае они могли бы подкупить Селищева, чтобы он помог им и поскорее проиграл дело Дворянскому банку, — но не захотели лишиться ста тысяч. Жадность фраеров сгубила! Только вот тут какой вопрос — а является ли случай с Левицкими уникальным?

И я вдруг с совершенной ясностью понял, что Левицкие, скорее всего, не единственные жертвы в этой схеме. Наверняка по всей линии будущей железной дороги, от Москвы до Нижнего, разыгрывались десятки таких же драм.