Миллион оттенков желтого

Очень полезная вещь, в Европе по нему можно в разные музеи бесплатно ходить! В России, правда, такие сладкие плюшки карасям пера вроде меня не положены, и все же внушительные с виду «корочки» в зеленой коже с золотым тиснением бывают полезны. Некоторые провинциальные инспекторы ГИБДД, например, достаточно впечатлительны, чтобы при виде журналистского удостоверения отказаться от мысли влепить водителю незаслуженный штраф.

— Боже! Уже и пресса пронюхала?! — ахнула прекрасная администраторша и притиснула пальчики с маникюром к щечкам с филерами.

— Ну, еще не вся пресса, — успокоила ее я. — Мне о краже портрета сказала подруга, ей — Кружкин, а я пока никому, но…

— Ну почему же сразу «кража»! — Марина замахала руками. — Мы еще не разобрались, что это было…

— Бесхозяйственность? Халатность? Отсутствие учета и контроля? Недобросовестность охраны? — Я любезно подсказала варианты.

Дама шумно вздохнула, притопнула каблучком, потрясла головой и сдалась:

— Ладно. Идемте, поговорим.

За ближайшим углом обнаружилась стеклянная дверь, за ней — небольшой кабинет. Рабочий стол стоял один, стульев для посетителей не имелось, но в эркере с окном было организовано что-то вроде кухонно-гостиного уголка: два полумягких стула, на широком подоконнике — электрический чайник, банка с растворимым кофе, сахарница.

Чашки хозяйка кабинета достала из навесного шкафчика, ложечки — из ящика своего рабочего стола.

— Растворимый пьете?

— Можно и растворимый.

Марина включила чайник, щедро насыпала в чашки кофейных гранул, опустилась на один стул и указала мне на второй. Я не заставила себя упрашивать.

— Мы не хотели, чтобы пресса узнала, — призналась она и подвинула чайник на подоконнике, чтобы пар из него не задел старый куст алоэ — раскидистый и кряжистый, как дуб бонсай. Я бы не удивилась, узнав, что его тоже сам царь Петр посадил.

— Если об этой краже раструбят, это будет плохая реклама для галереи. — Администратор вздохнула, и тут же, словно сочувствуя ей, пыхнул и жалобно засвистел чайник.

— Смотря как раструбить, — сказала я, наблюдая, как хозяйка заливает гранулы в чашках кипятком. — Реклама может выйти хорошей.

— Это как?! — Марина вернула чайник на подставку, придвинула мне сахарницу и замерла, буквально глядя мне в рот, словно собралась подсчитать, сколько крупинок сладкого песка я положу в свою чашку.

— Много вы знаете галерей, из которых были похищены картины? У обывателя на слуху кража «Джоконды» из Лувра…

— Ой, да когда это было! Больше ста лет назад!

— В 1911 году, — подтвердила я, поскольку тоже подготовилась. — Но совсем недавно из Третьяковки украли полотно Куинджи «Ай-Петри. Крым», об этом писали все СМИ.