Милая обманщица

Апплтон? Может, это он? И почему при мысли о Касс с другим мужчиной вдруг так защемило в груди? Это же просто бессмысленно.

Джулиан покачал головой. Не важно. Кем бы ни оказался этот джентльмен, ему лучше обращаться с Касс по-доброму. Кассандра любящая и добрая. Она заслуживает счастья. Джулиан желал своей близкой подруге только добра. Она значила для него очень много. Так много, что, когда он решил, будто умирает, первая его мысль была не о себе и даже не о Пенелопе. Нет. Он подумал о Кассандре. Хант находился рядом с ним с каменным лицом и всеми силами старался не показать, как опасается за жизнь друга. Дерек прижимал носовой платок к ране на груди Джулиана, изо всех сил стараясь остановить кровь, и тогда Джулиан понял, что друг исполнит любую его просьбу. Его предсмертную волю. Хант уже пообещал лично рассказать матери и сестре Джулиана о том, как сильно он их любил. А еще тогда, на пропитанном кровью поле боя, Джулиан взял с Ханта слово, что по возвращении в Лондон тот женится на Кассандре. Из ее писем Джулиан знал, что она все еще не замужем. Ей нужен был сильный, добрый и преданный мужчина, который позаботился бы о ней и защитил от невзгод. Хант был отличным кандидатом. Во всяком случае, Джулиану так казалось.

– Кто бы он ни был, он счастливый человек, – произнес Джулиан, рассеянно проводя рукой по волосам.

– Но ты ее даже не видел, – выдохнула Дафна.

Прищурившись, Джулиан посмотрел на сестру.

– О чем это ты?

– Да так, ни о чем, – поспешно ответила Дафна, вновь переключая внимание на письмо.

Джулиан откинулся на спинку кресла. Это не важно. Он желал Кассандре счастья. Его же собственные мысли были далеки от женитьбы. Он собирался положить конец своей так называемой помолвке и отправиться на поиски брата. Злой рок вмешался в их жизнь и перевернул все с ног на голову. Дональд подвергался риску на континенте, в то время как он сам находился в безопасности в Лондоне. Эту ошибку необходимо исправить.

Джулиан посмотрел на мать и сестру. Он еще не сообщил им о своем намерении порвать с Пенелопой. Лучше сначала сделать это, а уж потом объясниться. Джулиан знал, как должен поступить. Долгие недели восстановления научили его кое-чему. Он не мог жить во лжи. А брак с Пенелопой оказался бы именно такой ложью. Чувство долга не давало ему осознать это раньше, но в конце концов Джулиан понял, что обязан остановиться, пока не поздно. Он даже не знал Пенелопу. И уж конечно не любил ее. Он даже не вспомнил о ней, когда кровь вытекала из его раны, впитываясь в чужую землю. Нет. Он думал о Кассандре. О Касс, которую помнил совсем ребенком. Она попросила его о поцелуе на свой шестнадцатый день рождения. Джулиан улыбнулся при воспоминании об этом. Костлявая малышка со временем обещала превратиться в настоящую красавицу.