Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Воспоминание о Тае заставляет меня стиснуть зубы. Ко всему надо привыкнуть, а к отсутствию в моей жизни лучшей подруги тем более.

— Поругались, что ли? — тянет Энж.

— Типа того…

Подхожу к окну и, привстав на носочки, пытаюсь высмотреть свет в комнате Мирона, мать его, Громова.

Кусаю губы от нервов.

Что я буду делать, если обидела его настолько, что он… решит всё отмотать назад?

В груди противно тянет."

"— Ладно. Не буду тебя отвлекать, — продолжает подруга. — Давай завтра пообедаем вдвоём, поболтаем?

— Я не против, — произношу из вежливости.

— Ну всё тогда. До завтра. Целую.

— Пока.

Убираю телефон и вглядываюсь в темноту.

Пульс долбит как сумасшедший от догадки.

Быть не может.

Бегу к письменному столу, подхватываю стул и кряхтя тащу его к окну. Поднимаюсь, чтобы разглядеть дом соседей получше.

Нет.

Темно.

Нет света… Совсем.

В одном полотенце выскакиваю в коридор и бегу в комнату парней, чтобы осмотреть соседскую стоянку.

«БМВ» тоже нет на месте.

Потираю вмиг похолодевшие щёки. Горячие слёзы на них ощущаются, как совсем кипяток.

Громов!..

Он…

Всхлипываю.

Он снова остался у неё… Да?

Глава 31. Жестокая Карамелина

Подъехав к модному ресторану «Раки, гады и вино», пытаюсь удачно припарковаться. Сделать это практически нереально из-за офисного центра неподалёку. Машин столько, что место нахожу за двести метров.

Выбираюсь из «Вольво» и прогулочным шагом дохожу до дверей ресторана. Радуюсь тому, что, убегая из дома, успела захватить шарф. Самочувствие с утра гораздо лучше, но горло всё ещё даёт о себе знать режущей болью.

Синий «Мини-купер» Поповой замечаю сразу. Улыбаюсь и размахиваю руками.

Шокировано наблюдаю за тем, как подруга оставляет машину чуть ли не на дороге, и запахнув светлую шубку, стремительно направляется ко мне.

— Привет, — принимаю поцелуй в щеку, окунаясь в облако сладкого аромата духов. — Не боишься так оставлять? — киваю на автомобиль.

— Привет, мась. Да пофиг, у папы знакомый гаишник есть. У меня его номер на быстром наборе. Хочешь и тебе дам?

— Да нет, не надо, — вежливо улыбаюсь и мотаю головой. — Но спасибо.

Энж такая Энж. Мажорка, конечно, но бесхитростная, что ли.

— Классная шуба, — киваю.

Анжела закатывает глаза и заговорщически шепчет:

— Соболь. Миллион двести вышла в рублях с комиссией, прикинь. Папа подарил за успешно сданную первую сессию.

— Огонь, — искренне за неё радуюсь.

— А тебе что купили? — подозрительно на меня смотрит.

— Хмм… — пожимаю плечами. — Я даже не думала об этом.

У нас в семье не принято презентовать подарки ценой в миллион двести тугриков за один сданный экзамен и несколько зачётов. Не то чтобы у папы не было этих денег и, если я попрошу шубу, наверняка мне её купят.