Миг бесконечности. Том 2

Как путеводный свет в бесконечности времени и пространства… Любовь и есть миг бесконечности…»

«Бесконечность любви, бесконечность печали. Бесконечная нежность, которой не знали, — тут же родились у нее строки. — …Н-да, занесло меня!» — Катя тряхнула головой, откинулась к спинке кресла и взглянула на часы.

То-то еще надумается до конца дня — торопиться ей сегодня некуда. Разве что вечером навестить отца в кардиоцентре, куда его сегодня перевезли. Со слов Арины Ивановны, даже для нее это стало сюрпризом. Если честно, она и сама об этом подумывала, так как кардиоотделение в ее больнице не шло ни в какое сравнение с республиканским центром. Но не успела она с кем-то поговорить, как вопрос решился сам собой: транспортировка, двухместная палата, максимум обследований в первый же день. Для родной медицины повышенное внимание к рядовому пациенту совсем нетипично. Она даже поинтересовалась, не имеет ли Катя к этому отношения.

Нет, не имеет. Но кто мог быть к этому причастен, знала наверняка: только Вадим с его связями и знакомствами. Что ни говори, а сердце у него доброе. Оставалось только мысленно его поблагодарить. Других возможностей не было.

Если считать с вечера пятницы, Катя не слышала его голоса больше трех суток, не видела почти неделю. Целая вечность, которая волей судьбы стала самой счастливой и самой несчастной в ее жизни. Понять, что любит, и тут же потерять свою любовь! Она даже не успела до конца это осознать, надышаться нежданно свалившимся счастьем, не успела им насладиться!

Странное дело, но она уже не чувствовала обиды на Вадима. Даже если он что-то спланировал заранее и в его отношении к ней не было ни капли искренности, а только игра, она ему благодарна. За любовь и свет этой любви, который ее спас, помог иначе взглянуть на жизнь. Словно зажгли в душе лампочку, и все сразу стало заметно: плохое, хорошее, ненужное и то, чему следует научиться. И бесконечное падение в бездну, какими порой казались последние три дня, ее не пугало: что-то неведомое хранило ее, не позволяло достичь дна — раз за разом подхватывало на лету, опять возвращало к краю, заставляло трезво мыслить, оценивать ситуацию, убеждало жить. Но уже без него, без Вадима. Потому что их навсегда разлучило прошлое — пропасть, которую они не смогут преодолеть.

Стоило ковырнуть в душе больную рану, как на глаза навернулись слезы, а сердце вновь зашлось от невыносимой тоски."

"«Как же больно! И как же это вынести, кто бы подсказал, — едва не застонала она. — Может, попробовать излить свою боль, записать? Говорят, иногда помогает…»

«Как же больно! — набрала она на клавиатуре и вытерла ладошкой бегущую по щеке слезу.