Миф об идеальном мужчине

– Скажи мне, Ковалева, – попросил он задумчиво, – скажи мне вот что… – Он снял ноги со стула и усадил ее напротив себя. – Нет, лучше ты мне ничего не говори, а напиши.

– Что написать? – не поняла Клавдия. – Чистосердечное признание?

– Напиши мне в два столбика, что именно было у тебя в сумке в первый раз и что во второй. Ты хорошо знаешь, что носишь в сумке?

– Хорошо, – сказала Клавдия.

Выходит, он сидел и полночи думал о том, кто и зачем на нее напал?! Или не только об этом?

– Ручка и блокнот на холодильнике. Напишешь?

– Конечно, – сказала она, торопясь выполнить его указания. – Сейчас.

Тикали часы, в ванной вздыхали трубы. Андрей пил кофе, Клавдия старательно писала. Она даже язык высунула от усердия.

Андрей покосился на нее и улыбнулся. Надо же, свитер ему принесла! И кофе сварила. И не просто из банки насыпала, а нашла молотый и сварила. Сто лет он не варил себе кофе, все некогда ему было, а она сварила. Мартышка…

Значит, брат.

Брат, которого не было дома той ночью и который соврал майору Ларионову, сказав, что посмотрел по телевизору какой-то фильм и проспал всю ночь без задних ног.

Непонятно, куда именно ездил отец Мерцалова, потому что у Ирины его точно не было. И слежка, слежка…

Кто следил за Сергеем Мерцаловым в последний месяц его жизни? Кто следит сейчас за Клавдией Ковалевой и с завидным постоянством отнимает у нее сумки? Как могут быть связаны между собой великий врач и мелкая аптекарша, и связаны ли вообще?

Он закинул за голову руки. Он должен вспомнить что-то увиденное в альбомах на даче у Ирины Мерцаловой. Он чувствовал, что это очень важно – вспомнить. Он многое поймет, как только вспомнит, не будь он майор Ларионов, столько лет проработавший в уголовке.

Что же в них было, в этих альбомах? Очень серьезный мальчик занимался своими мальчишескими делами. Он нигде не улыбался, этот мальчик, очевидно, уже тогда понимая, что в его семье происходит что-то совсем неправильное. Сколько ему было лет на этих фотографиях? Лет девять-десять, не больше, и он нигде не улыбался…

– Вот, Андрюша, – произнесла Клавдия так неожиданно, что он вздрогнул. – Я написала.

Она сбила его с мысли. Ему казалось, что еще чуть-чуть, и он поймает за хвост ту самую верткую, как пескарь, деталь, не дававшую ему покоя, а Клавдия его; сбила. Придется начинать все сначала.

– Давай! – сказал он сердито и уставился в ее каракули.

– Паспорт, – сказал он через секунду. – В прошлый раз у тебя в сумке не было паспорта.

– Ну и что?

– Ну и то, что вся история с сумкой происходила, по всей вероятности, из-за твоего паспорта. Кому-то очень нужен был твой паспорт.

– Зачем?! – поразилась Клавдия. – Кому и зачем может быть нужен мой паспорт?!

– Я не знаю, – сказал Андрей честно. – Даже предположить ничего не могу.