Мятеж на окраине Галактики

Особенно если ЧТО и КАК зависит не только от тебя…

Роланд понимающе хмыкнул.

— Да, с нашим метаболизмом мы можем немного больше, чем обычные люди или даже Измененные, но… Скажем, для того, чтобы убедить человека согласиться с тобой, скорость реакции важна гораздо меньше, чем возраст или умение ясно и кратко излагать свои мысли… — Он усмехнулся. — В том-то вся проблема, что многие продолжают видеть в нас просто пусть и уникальных по своим возможностям, но всего лишь убийц, или, скажем мягче, идеальных солдат, а мы уже можем намного больше. Более того, без этого нашего «больше» у Земли нет никаких шансов. Даже если мы выиграем и эту битву… — Он замолчал.

Роланд тихо спросил:

Олег тяжко вздохнул:

— Я же говорю — не знаю. Мы МОЖЕМ ее выиграть. И я знаю, КАК мы можем ее выиграть. Но я не знаю, удастся ли нам воплотить это знание в жизнь. — Тут он стиснул зубы так, что исказилось его красивое правильное лицо. — Но то, что мы уж постараемся, — это точно.

В этот момент из сердцевины откинутого на спину полушария шлема послышался мелодичный звук вызова, а затем звонкий голос Уимона произнес:

— Олег, ты где? Давай быстро в командный центр. Разрушители начали поворот.

Олег просиял, став похожим на того юношу, которым мог бы быть, если бы на него не свалилось это проклятие, сделавшее его не просто берсерком, но — лучшим из них, и, торопливо кивнув Роланду, бросился вдоль галереи. Старший ОУМ проводил его взглядом и добродушно засмеялся: бежать сломя голову не было никакой необходимости. Даже если все будет развиваться по плану, до момента боевого соприкосновения оставалось еще почти четыре часа…

Адамc висел в пространстве. В кабине было довольно светло. Огромный шар Земли, находящийся где-то сзади и над головой, отбрасывал на лобовую плиту голубые блики. Солнечный диск пока плыл под брюхом, но через десяток минут он должен был выползти прямо по носу и налететь на сетчатку глаз со всей своей не смягченной атмосферой свирепостью. Поэтому, когда солнце окрасит нос атакатора в яркие золотистые тона, следовало открыть крыльевой клапан сброса углекислоты и развернуть атакатор вокруг своей оси. Впрочем, солнце может и не успеть…

В шлеме послышался легкий треск, мгновенно убранный фильтрами, и напряженный голос адмирала Навуходоносора произнес:

— Двухминутная готовность.

Адамc оскалился. Солнце не успело…

Мерилин сильно качнуло. Люди вцепились кто во что мог, но коротко взвыли генераторы гравитации, и все опять пришло в норму. Поначалу эта мгновенная стабилизация казалась людям, привыкшим к тяжеловесному планетарному полю, странной, но теперь, через два часа после начала боя, все уже привыкли к тому, что с гравитацией здесь обращаются довольно свободно.