Межсезонье

 — Расчет Джека был прост: постоянно испытывавший нехватку людей флот частенько привлекал в гребцы или для работ в доках и ремонта кораблей каторжан. Никого наш визит насторожить не должен. — Мы будем ждать тебя…

— В «Черной ладье», — подсказал я.

— В «Черной ладье», — повторил вслед за мной рыжий. — И шевелись, в тюрьму надо успеть засветло. Да! Фургон и полдюжины охранников отправить не забудь.

— Останови, — стукнул я в стенку, когда колеса кареты застучали по булыжной мостовой.

— Ты куда? — удивился Джек.

— Скоро буду. — Мне пришла в голову идея заскочить к обитавшему неподалеку старому знакомому. — Закажи что-нибудь перекусить.

— Не пропадай! — предупредил рыжий.

— Постараюсь. — Я выскочил из кареты и бросился бежать к размещавшейся на первом этаже углового дома бакалейной лавке. Привели меня сюда, разумеется, вовсе не покупки, а желание пообщаться с хозяином этого скромного заведения. Надеюсь, со времени нашей последней встречи он успел остыть и не станет хвататься за нож. Если уж на то пошло — пусть спасибо скажет, что сломанной ногой отделался. При другом раскладе запросто мог на корм рыбам пойти.

— Привет, Сурок, — поздоровался я, прикрыв звякнувшую колокольчиком входную дверь.

— Здравствуй, Себастьян, — мельком глянул в сторону подсобки хозяин лавки. Высокий, нескладный, лысоватый с давно уже наметившимся брюшком. Когда-то — не самый удачливый уличный головорез. Теперь — добропорядочный буржуа. И весьма заметный деятель столичного преступного сообщества. — Давно вернулся?

— Пару дней назад. — Я уселся на стоявший перед прилавком стул. — Все сидишь в своей норе?

— Ногу, знаешь ли, в такую погоду ломит. Просто сил никаких нет! — выразительно уставился на меня Сурок.

— Да, погодка ни к черту… Дождь этот. Так и кажется, будто уже утонул, — не остался в долгу я.

— По делу? — понял намек хозяин.

— Есть немного. — Я наклонился к Сурку и, понизив голос, попросил: — Пусть твой мальчик выйдет из подсобки и погуляет на улице.

— В такую погоду?

— За пять минут не растает. — Я облокотился о прилавок. — Мы же серьезные вещи обсуждать будем, еще узнает кто. Греха не оберешься.

— Пика, пройдись до мясной лавки, — распорядился Сурок и, когда за низкорослым крепышом захлопнулась дверь, нахмурился: — Тебя Мешок Костей прислал?

— Успокойся, — невольно скривился я. — Знаешь ведь, с господином Ошем я больше дел не веду. Никаких. Никогда.

— Да кто вас знает, — поежился хозяин лавки. Как ни прочно было его положение, но ссориться с моим бывшим нанимателем он себе позволить не мог. Тут уже сломанной ногой не отделаешься. — С чем пожаловал?

— У тебя есть люди в «Ржавой кирке»? — перешел к сути дела я. — Те, которым лучше оказаться на свободе?

— Допустим, — насторожился Сурок.