Метро до Африки

Лёка умела лишь одно – подделывать чужие голоса, да так ловко, что даже родственники попадались на эту уловку. Леке нравилось дурить односельчан, и она часто подшучивала над соседями. Могла напугать, забасив, как местное начальство, или смешила одноклассников, изображая директрису…

То, что одна из внучек пустышка, умная бабушка поняла очень скоро. Но даже без таланта из Леокадии могла выйти хорошая травница, вот только Лёка не хотела ничему учиться. Подойдет бабушка в четыре утра к девочкам, скажет:

– А ну, вставайте, пора в лес идти, сегодня разрыв-трава зацветает.

И маленькая Марфа мигом вскочит, а Леокадия заноет:

– Голова болит, ножки не ходят, заболела я.

Вот только к обеду болезнь мистическим образом покидала Лёку, и она убегала играть со сверстниками. В конце концов бабушка махнула рукой и оставила внучку в покое. Леокадия, правда, знала простые рецепты, ну вроде того, что от температуры отлично помогает отвар из сушеных ягод малины, но этим ее познания исчерпывались.

В подростковом возрасте Лёка пострадала от молнии и с тех пор стала всех уверять, что может предсказывать будущее, но не хочет этого делать. Такие разговоры очень не нравились матери, она всегда останавливала дочь, приговаривая: «Не болтай, лучше учись». Но Леокадия не желала совершенствоваться.

А Марфа все шла вперед. Она даже стала во многом сильнее матери, вот только исполнить волю родительницы в отношении сестры не сумела…

Перед смертью мама позвала к своей кровати дочерей и сказала:

– За Марфу я спокойна. А вот о Леокадии душа болит. Нет в тебе, дочка, стержня. Ты способна как к хорошему, так и к плохому, куда тебя позовут, туда и завернешь. Слабая очень, да и капризная, своим желаниям потакаешь, они тобой управляют. Лучше в монастырь иди. Пообещай, что выполнишь материнский наказ.

– Хорошо, – закивала Лёка.

– На иконе поклянись, – велела мать.

Леокадия сняла со стены образ и поклялась.

– Ступай, – приказала ей мать. – А ты, Марфа, останься, есть разговор.

Когда Лёка выскользнула за дверь, мама прошептала:

– Марфа, ты за нее отвечаешь. Наделает ведь глупостей, наломает дров. Ох, есть у меня нехорошее предчувствие… Леокадии необходимо идти в обитель, там ее удержат от разрушительных поступков. Иначе беда, люди по ее вине погибнут, не спастись ее душе.

Марфа заверила мать, что исполнит ее волю. После похорон Леокадия подошла к сестре и спросила:

– Как деньги делить будем?

– Ты о чем? – поразилась Марфа.

– Зачем меня маменька из комнаты выгнала? – прищурилась Лёка. – Тебе про захоронку сообщила!

– Все богатство на виду. – Марфа обвела рукой комнату. – Гляди: книги, мебель да посуда.

– Теперь нас двое осталось, – напомнила Лёка, – некрасиво одной себе деньги грабастать.