Три метра над небом. Трижды ты

– И не без причины?

– Ты что, шутишь? Мне написала одна моя бывшая, но она всего лишь передала мне привет и поинтересовалась, как у меня дела, учитывая, что я недавно вернулся из Лондона. Ну и что в этом такого? Меня не было здесь полгода, это естественно, что мне передают привет. Я даже дал ей прочесть это сообщение. Мне нечего прятать.

– Знаю, но бывшие – они как занозы. А как занозу не поверни, всегда больно.

– Хорошее сравнение, сеструха, я его кому-нибудь продам, никогда его не слышал. Зато есть другое сравнение, известное, про песок в трусах. Но твое – более колкое.

– Однако безотносительно к сравнению, старайся, чтобы он туда к тебе не попадал. Это неприятно. Поверь мне.

– Хорошо, убедила. Ладно, пошли танцевать!

И они идут на танцплощадку.

Когда я выхожу из кабинки, все еще танцуют, музыка гремит, и звучит знаменитая песня Глории Гейнор «Я выживу». Я улыбаюсь. Я не настолько уверен, что выживу, но мне лучше, самое неприятное прошло, голова уже не так кружится.

– Эй, а где ты пропадал? Я тебя нигде не могла найти! – Джин берет меня под руку, а потом смотрит в глаза. – Как ты себя чувствуешь?

– Потихоньку оживаю…

– А я – никакая. Я так много танцевала, что теперь совсем без сил и сняла туфли!

– Ну и правильно сделала.

Она смотрит на меня с любопытством.

– Все было просто замечательно, правда?

– Да, отлично.

– И даже отец Андреа не подкачал. Я боялась, что он заведет свою волынку надолго, но он, в общем, произнес хорошую проповедь – короткую и очень сильную. Он даже острил, но не слишком. Одним словом, мне действительно понравилось.

– Да, если будем жениться снова, возьмем его же.

– Дурак! Так ты уже передумал?

– Нет, я уверен, как никогда.

– Хорошо, и я тоже. Так что, если ты не против, я бы пошла. Некоторые с нами уже попрощались, понемногу разойдутся все, и потом станет грустно, останутся только те четверо бедолаг, которые отплясывают одни и немного навеселе на пустой танцплощадке, – в основном, потому что боятся возвращаться домой. Мне кажется, сейчас самый апогей, и лучше улизнуть так…

– Согласен.

И мы убегаем в ночь, никому ничего не сказав. Нас отвозит шофер, который был предусмотрен с самого начала. Мы подъезжаем к небольшой гостинице «Вилла Клементина», в нескольких километрах от Сан-Либерато. Нам открывает хозяйка, слегка одуревшая со сна.

– Добрый вечер. Мы заказали у вас номер. – Я перевожу взгляд на Джин и ей улыбаюсь. – Мы супруги Манчини.

Для меня это звучит так странно. Джин мне улыбается: ей любопытно, она взволнована. Зато хозяйка не обращает внимания ни на что – даже на то, что мы оба в свадебной одежде; может, она этого даже не заметила. Во всяком случае, она ничего не говорит. Так даже лучше. Она пролистывает пальцем книгу записей.

– Да, вот вы тут.