Метод книжной героини

Елисей спускается на землю и оборачивается, показывая мне широкую улыбку:

– Шутка!

– Не смешно, – бурчу я, осторожно ступая по шинам.

Елисей закидывает руку мне на плечи и наклоняется к лицу:

– А может, и не шутка.

– Этого никогда не случится, – отвечаю я под громкий протест души.

– Ершик тебе подарить?

– Пошел ты!

– Вместе и пойдем.

Глава 10

Выбираюсь из такси и бросаю недовольный взгляд на Елисея. Он хлопает дверью и неторопливо обходит машину. То есть намеки генерал не распознает, да?

– Дальше я сама.

– Что из фразы «я тебя провожу» ты не поняла?

– Не поняла, зачем ты это делаешь? Здесь нас уже все равно никто не увидит.

– Куда идти, Лана?

Тяжело вздыхаю, качая головой. И когда мы успели поменяться ролями? Автомобиль трогается с места и уезжает вдаль по дороге. Передергиваю плечами и складываю руки на груди, шагая к проходу между двух трехэтажек. В воздухе витает запах приближающегося дождя, а ночная прохлада пронизывает кожу, отзываясь легкой дрожью. Елисей идет рядом, и каждая секунда его присутствия умножает на десять мое нервное напряжение. Поцелуй ему подавай. Ты глянь, какой умный! Шутник, блин! Сворачиваю на дорожку, что ведет к подъезду, прокручивая в голове варианты прощания. Что сказать? Сделать? Как не психануть? По факту шестой шаг я сегодня закрыла, наш разговор с натяжкой, но можно назвать откровениями. Только что делать с тем, что я не готова к седьмому шагу? Катя меня точно прибьет."

"Поднимаю голову, глядя перед собой, ноги вмиг каменеют. В свете дворового фонаря топчется знакомая фигура, выпуская изо рта белые облачка пара. Сева замечает нас и резко разворачивается, уходя прочь. Это еще что за номер?

– Это ведь был Рогочий, – тихо говорит Елисей. – Откуда он знает, где ты живешь? Вы знакомы?

– Собираешься напомнить мне о запрете на общение с учениками гимназии, генерал?

– Значит, знакомы. И насколько близко?

– Выходи из образа моего парня, а то похоже, что ты ревнуешь.

– Вдруг так и есть?

Останавливаюсь, Елисей поворачивается ко мне лицом, удерживая непроницаемую маску спокойствия.

– Это лишь предположение, Лана, а не достоверный факт.

– Это моя фраза! – возмущенно вскрикиваю я.

– Моя вода, моя фраза. Да ты жадина. Что еще в этом мире только твое?

– Твои убитые нервные клетки тоже принадлежат мне.

– И не поспоришь, – усмехается он. – Какой подъезд? Тебя уже трясет от холода.

– Попрощаемся здесь.

– Нет, у меня есть парочка вопросов.

– Моя мама дружит с мамой Севы, вот и все.

– Не все. Какой подъезд?

Сдаюсь. Спорить с ним иногда весело, но я уже и правда замерзла. Поднимаемся на четвертый этаж и останавливаемся у подоконника. Елисей брезгливо оглядывает лестничную клетку. Что, не нравится облупившаяся штукатурка и грязные полы? Мне тоже, но выбора не было.