Метатель. Книга 9

Я же медленно ковырялся вилкой яичницу с беконом, поглядывая на то, как Астра смотрит на нас с любопытством и нетерпением — хочется ей узнать, где же мы пропадали столько времени и какие приключения нас ждали.

А меня докучала мысль, что неправильно мы всё делаем. Ну вот мы неделю побегали — а дальше что? Побегаем ещё неделю? Месяц? Полтора? А потом будет неизбежное — астероид сплющит к чертям собачьим научно-исследовательскую станцию, на которой находится искусственный интеллект, и всему придёт хана.

В чём смысл бегать? Исключить возможность, чтобы Система схлопнула какую-то параллельность, в которой мы будем находиться? Не подставить под удар близких людей, дав им шанс прожить ещё неделю или месяц? Что это изменит?

В итоге кусок в горло не лез. Мысли становились всё тяжелее и тяжелее. Я понимал, что нужно что-то делать быстро, радикально и эффективно. Но что именно — пока не представлял.

Кира через нашу ментальную связь, видать, почувствовала, что я далеко не с ними, что летаю в своих мыслях, погрузился в них, и они не желают меня отпускать. Астра тоже это заметила, и они чуть ли не в унисон сказали:

— Тём, что с тобой? Всё в порядке?

Я отодвинул тарелку и поднял на них взгляд. Посмотрел на Астру — подругу нашу, которая дала в своё время приют, которая всегда нам рада, которая поддержит в любых наших решениях, не задавая никаких вопросов. Которая доверяет нам больше, чем, казалось бы, самой себе.

Кира — это отдельная история. Она стала моей душой, моей половинкой. Человеком, ради которого готов на всё. Не представляю своей дальнейшей жизни без неё. А она ухмыляется, зараза такая, наверное, считала через нашу связь всё, что я думаю о ней. Она лишь ещё больше улыбнулась и подмигнула мне."

"— Не так всё должно быть, девочки, не так, — начал я тяжело, откладывая вилку. — Ну, вот сейчас мы с Кирой неделю прыгали туда-сюда, спасаясь, по сути, сами от себя. Стараемся отсрочить нашу смерть, тем самым приближая смерть всего.

Астра нахмурилась, не понимая, к чему я веду.

— Чтобы ты понимала, Астра, под «всего» я имею в виду именно всего. Меньше чем через два месяца не останется ничего. Система — искусственный интеллект, который пришёл и поработил все миры в мультивселенной — через полтора месяца умрёт. А умрёт она — умрёт и вся часть этой галактики, которую она поработила. Вместе с приходом Системы.

Я сделал паузу, глядя на их лица. Астра побледнела, а Кира сжала кулаки.

— Вот я и думаю, — продолжил я, — то, что мы делаем, это неправильно. Тут нужен другой подход.

Кира вскинула взгляд и говорит:

— Тём, мне не нравится то, что ты придумал.

— А ты ещё не знаешь, что я придумал, — усмехнулся я грустно. — Я ещё и сам толком этого не знаю, но выхода у нас другого нет.

Я встал из-за стола, чувствуя, как решимость крепнет в груди.