Метанойя

И сейчас, вспоминая это, он почувствовал, как что-то мокрое подступило к глазам. Наверное, соринка попала. Он встряхнул головой и вытер глаза ладонями. Нет времени на рефлексии и переживания, страна, за которую он взял на себя ответственность, в тяжелом положении.

* * *А страна с искренней скорбью прощалась с последним Генсеком СССР и первым президентом ЕАФ. Да, в этом варианте истории жизни ему оказалось отпущено меньше, но славы среди последующих поколений несравнимо больше.

Сразу после траурной церемонии телевидение показало передачу власти заместителю президента, а теперь уже исполняющему обязанности президента Владимиру Владимировичу Путину. Повторные выборы решили не проводить, поскольку не готова была еще Конституция ЕАФ. А потому Путин должен был исполнять обязанности президента еще почти полтора года, до новых выборов в феврале 1989-го, когда народ сам решит, кого хочет видеть у руля государства.

Вместо Путина первым указом исполняющего обязанности президента новым председателем КГБ ЕАФ был назначен тридцатипятилетний контрразведчик из Ленинграда — Александр Васильевич Бортников. Скажем так — неожиданно для всех и, в первую очередь, для себя самого. Просто вызвали в Москву и сделали предложение, от которого он не смог отказаться. Вторым указом и.о. президента стало переименование Комитета государственной безопасности (КГБ) в Федеральную службу безопасности (ФСБ), а должность председателя — в должность директора ФСБ ЕАФ.

В траурной речи Путин пообещал в кратчайшие сроки найти убийц Горбачева и установить в стране порядок, чтобы никто не мог, как он выразился, украсть у них свободу, выбранную всем народом своим волеизъявлением на референдуме.

* * *А для Александра Васильевича Бортникова его неожиданный взлет на самый верх системы был настолько неожиданным, что он все последние дни находился в полной растерянности и совершенно не знал, что ему необходимо делать, возложив всю работу на своих заместителей. Все же опыта для такой должности у него откровенно и, можно даже сказать — критически не хватало. И вот, уже к концу рабочего дня срочный вызов к Путину. Александр Васильевич ехал и гадал о том, что сейчас будет. Он ждал этой встречи и надеялся на руководящие указания. Но того, что произошло дальше, он, конечно, не ожидал никак.

В кабинете президента, кроме Путина находился еще министр иностранных дел Сергей Викторович Лавров и какой-то, незнакомый ему парень, совсем молодой даже на фоне их троих, тоже совсем еще не старых для занимаемых ими должностей. Сейчас, в июле 1987 года ему было — тридцать пять, Путину — тридцать шесть, Лаврову — тридцать семь лет. По сути, они ровесники. А это значит, должны хорошо сработаться.