Место рядом со мной (СИ)

– Боюсь, что сейчас я мало могу быть полезен… – пытаюсь подбирать слова потактичнее.

– Я жду тебя сегодня. Обо всём поговорим с глазу на глаз. А этих нехороших людей мы ищем, Сергей.

– Спасибо, Игорь Васильевич.

Да только нихера вы не найдёте, чувствует моя задница. Потому что ""Иор""...

Скидывает вызов. Отдаю мокрый телефон Маре обратно.

– Ты должен взять меня с собой.

– Да ты что?! Это невозможно.

– Придумай способ.

– Зачем?

– У него есть женщины…

– Да. Там, куда он меня пригласил, с ним всегда тусуется пара его официальных любовниц, считай – жён. Потому что бывших любовниц у нас не бывает. Понимаешь?

– Омерта распространяется и на женщин?

– На приближённых женщин. Случайные связи – не в счёт.

– Зачем?

– Они видят лица. Никто не должен видеть главных лиц организации, понимая их статус и зоны влияния.

– Ты не убивал женщин… – задумчиво смотрит она на меня.

– Согласно Омерте женщину убивает тот, кто ввёл её в организацию.

– М…

– И я могу взять тебя с собой только как персонал или как любовницу.

– Мне всё равно.

– А что будем делать с Омертой? Она распространяется на обе эти ситуации.

– Я должна видеть ваших женщин, если хочешь, чтобы я тебе помогла. Что делать с Омертой, будешь думать потом.

– Окей.

Да, женщин я пока не убивал…

Глава 9 - Кто кому служит?

В паре километров припаркован мой «Гелик», но я вызываю такси. Воспоминания о раскуроченном «Гелике» брата и запахе горелой плоти не очень вдохновляют на то, чтобы пользоваться им.

Торможу у бутика.

– Мы не можем явиться туда в таком виде.

– Твой хозяин может оскорбиться?

– Да. Он пафосный человек, придающий значение мелочам. Пойдём, переоденемся.

Заходим в стеклянный холл. Продавщицы здороваются, вежливо улыбаясь.

– Чем-то помочь?

– Консультанта нанимать не буду, что-то мне подсказывает, что ты разбираешься в брендах и шмотках. Стильно, дорого. Не вечерний вариант, но и не клубный.

– Справлюсь.

– Там же, в глубине, салон. Не засиживайся, у тебя час.

Ухожу в мужской зал, Мара сворачивает в женский.

Серый костюм, чёрная рубашка… серебряные запонки… Прячу под рубашку подарок Мары. Практически все наши носят кресты, но я не понимаю этой странной традиции. Зачем носить символ веры, заповеди которой мы попираем всеми возможными способами? Назовите хоть одну, которую мы соблюдаем! Не люблю лицемерие.

Жду в холле, у кассы. И когда она появляется, я даже не сразу понимаю, что это она.

– Ого…"

"Не то чтобы что-то изменилось принципиально, Мара неизменно в чёрном и неизменно притягательна. Но очень сложно воспринимать её в таком виде не просто как женщину. Потому что очень хочется воспринимать её именно просто как женщину. Обнимать за эту тонкую талию, обтянутую кружевным гипюром, и гладить эти длинные стройные ноги.