Место нашей любви

Я уже прочитала за него этот документ, потом кратко пересказала ему, и теперь занималась своей женской работой. А за это время парень приготовил ловушку для унжирца. Даже показал. В маленькой уютной комнате подсобного помещения стоял столик, накрытый на две персоны. Палочки уже источали коварный аромат. Бутылка дорогого вина стояла в ведре со льдом. Никогда не понимала любовь Люси к шипучкам, но подруга уверяла, что это самый лучший напиток для соблазнения.

— Линда, ты очень красивая, — я уже сбилась со счета, в который раз он произнёс эту фразу.

— Ва-а-а-а-дик, я не в твоё-ё-ём вкусе-е-е, — пакостно улыбаясь, стала тянуть гласные, зная, как он этого не любит. — Ма-а-а-аленькая, ху-у-у-удая и брюне-е-е-етка.

— Перестань, Линда. Как ты только умудряешься так противно говорить, даже по нервам бьет, — остановил меня юноша, передёргивая плечами.

— У меня отличные были учителя. Вадик, ты бы голову проветрил, а то надышался знатно, — посочувствовала парню, который продолжал меня поедать взглядом.

— Да я правду говорю. В этом сером одеянии ты такая сексуальная.

Со всей силы я бросила стул, возмущённо воззрилась на него, гневно закричав: — Хватит! Палку-то не перегибай!

Растянула подол балахона в разные стороны, демонстрируя ему мышиный наряд со словами:

— Что тут может быть сексуального?

— А ты нагнись — опишу! — с придыханием прошептал парень, чуть подаваясь вперёд и облокачиваясь на стол.

— Пошляк! — припечатала его и вышла из зала. Но далеко не успела уйти, в коридоре столкнулась с послом Оторуном Какханом. Тот, завидев меня, надменно взмахнул рукой, приказывая остановиться.

— Практика-а-ант Но-о-овик, я нашел вам рабо-о-оту, раз зде-е-есь все гото-о-ово. Иди-и-ите в часо-о-овню, там надо помо-о-очь в очище-е-ении церемониа-а-ального напи-и-итка.

Я кивнула и, развернувшись, пошла в обратную сторону. Проходя мимо открытого входа в зал, увидела, как мне помахал ручкой Вадик, ехидно ухмыляясь. Не удержалась и показала ему средний палец, благодаря его за сопереживание. Но стоило мне войти в часовню, как я поняла, какую свинью мне подложил жабёныш."

"Церемониальный напиток готовился пять часов. И сейчас нонарцы приступили к его приготовлению. Главная жрица сунула мне в руки рецепт, а сама стала рассказывать, какая это честь для меня, так что я должна от зависти к самой себе сдохнуть. И она будет не против, если это произойдёт со мной прямо сейчас. Но не это меня развеселило, а то, как она мне снисходительно сказала, чтобы я не расстраивалась, но ингредиенты мне нельзя трогать руками. Как же это я переживу? Просто не представляю! Выучив несложный рецепт, нервно поглядывала на часы, которые упорно говорили, что вечер уже наступил, а я всё ещё здесь. Дверь открывать было нельзя до самого конца церемонии.