Месть тигра

Поэтому, даже понимая, что Вадим сбежит, и слыша вопли обезьяны, сидящей на троне, он поступил единственным возможным образом: издал свирепый рык и прыгнул, приземлившись между братом и солдатами, которые ему угрожали.

Он сам не понял, что было дальше. Животные инстинкты взяли верх, как на улицах Аништадта и узкой грунтовой дороге на Амазонке, и он больше не думал о том, кто стоит перед ним – только об опасности, которую они представляют для брата, друзей и остальных Наследников. И хотя весь прошлый год он старался не терять над собой контроль, страшась истинной силы своих способностей, сейчас он отдался им полностью, двигаясь с моментальной решимостью и даже не задумываясь о том, что ему делать.

В одну секунду он был тигром, кромсающим солдат, осмелившихся к нему приблизиться. В следующую – волком, бросающимся на противника, или бурым медведем, мгновенно ломающим кости врага. Он был осой, ядовитым морским змеем, муравьём, лосем, даже крошечным синекольчатым осьминогом, чей укус был способен убить больше двадцати человек. Всё больше и больше солдат бросалось на него, и он сражался изо всех сил, не подпуская к брату никого.

– Ну всё, хватит выпендриваться, – сказал Нолан, и Саймон заморгал, придя в себя в момент, когда анакондой душил противника. На месте опоссума появился крупный серый волк, который сидел и ухмылялся. – Пойдём поболтаем с Вадимом.

– Ты в порядке? – озадаченно спросил Саймон. Сколько же он сражался? Он не помнил, но что-то подсказывало не оглядываться.

– Драться смогу, – ответил Нолан и кивнул в сторону лестницы, где почти не осталось врагов. – Пойдём.

Отпустив полумёртвого солдата, Саймон обернулся стрекозой, и они с братом вместе поднялись в тронный зал. И пусть Саймон уже видел Наследников в деле, он не был готов к тому, что ожидало их наверху.

Мраморный пол заливала кровь. Солдаты, ещё держащиеся на ногах, сбились в группы по три-четыре человека, но Саймон заметил, что новые при этом почти не появляются – либо их всех убили, либо они увидели масштабы побоища и решили, что эта битва не стоит их жизни.

– Саймон!

Сквозь хаос прорезался вопль Уинтер, и Саймон бросился на её поиски. Джем с Шарлоттой сражались возле пещер против пары искалеченных мужчин, и краем глаза Саймон заметил Ариану, которая, то и дело перекидываясь из паучьего облика в человеческий и обратно, с ножом перепрыгивает с одного зазевавшегося солдата на другого. Но куда подевалась Уинтер?

Она снова закричала, и только тогда Саймон её заметил: она стояла по ту сторону ямы, зажатая в угол солдатом с мечом, таким же большим, как у Вадима. Сейчас она была змеёй – как раз пыталась вцепиться в ногу нападавшему. Но тот дико размахивал оружием, минуя её только чудом, и внутри всё похолодело.