Порочная месть

Очевидно, найдя нужный ответ, вновь возвращается к моему раздеванию: парой уверенных движений расстегивает металлическую пуговицу на джинсах, стягивая их вниз по бедрам, после чего разворачивает меня и отщелкивает крючки на бюстгальтере. Когда его ладони перемещаются на мои бедра, я дергаюсь и лихорадочно кручу головой, и немного отступив назад, сама избавляюсь от остатков белья.

Кейн придерживает мою руку, когда я переступаю бортик ванной, и опускаюсь на ее прохладное дно, подтягивая ноги к груди. Если еще несколько часов назад я умирала от жары в плену своей липкой одежды, то сейчас, освободившись от нее, начинаю трястись от холода, так что лязгают зубы. Так происходит до тех пор пока на кожу не начинают литься струи воды, от тепла которых дрожь постепенно стихает и тело вновь обмякает. Крепче обнимаю себя руками и пытаюсь представить, что вместе с водой в слив утекают все страхи и унижения последних дней.

— Ты все это время меня защищал? — разглядываю хромированный вентиль слива на противоположном бортике ванной.

— Мы поговорим позже. — голос Кейна проникает в уши одновременно с теплом воды, струящейся на голову. Слышится характерный щелчок открывающейся крышки, за ним следует прохладное прикосновение к волосам и в ноздри приятно щекочет ванильный аромат шампуня. «Кейн мылит мне голову», крадется очередная медленная мысль. Никогда не думала, что такое возможно.

Шампунь стекает с волос вместе с остатками сил, и меня начинает нещадно клонить в сон, что я на время отключаюсь и прихожу в себя лишь когда твердые ладони обхватывают мои подмышки и ставят на ноги. Выдавив на мочалку гель для душа, Кейн с непроницаемым выражением на лице мылит мое тело, после чего вновь берет в руку душевую лейку и обильно смывает пену водой.

— Я думала, что умру там. — говорю тихо, глядя как он разворачивается, чтобы взять с полки большое белое полотенце. — Я никогда в жизни так не боялась.

Я не вижу его глаз, потому что в этот момент махровая ткань накрывает мою голову, начиная сушить волосы, слышу лишь голос:

— Я знаю.

Вытерев голову, Кейн закутывает меня в большой махровый халат и, подхватив под бедра, как ребенка, выносит из ванной.

— В шесть утра приедет доктор тебя осмотреть. — инструктирует он, укладывая меня на кровать. — На тумбочке слева стоит вода. Чем чаще ты будешь ее пить тем лучше. — выпрямившись, он оглядывает меня с ног до головы и, накрыв одеялом, разворачивается к двери.

Холодные щупальца страха вновь забирается мне под кожу, и я испытываю слабовольное желание попросить его остаться со мной, но вместо этого с силой обнимаю подушку и отворачиваюсь светлеющему прямоугольнику окна.

— Дверь в мою комнату останется открытой. Если что-то понадобится — позови. — раздается позади.