Месть по-царски

Татары наверняка имели проводников, не единожды нападали на эти места, о болотах ведали, значится, ведали и как их обойти.

Кто-то крикнул:

– Дым!

Савельев осмотрелся.

Над лесом вдалеке поднимались в небо несколько столбов дыма.

Подошел Бессонов.

– Князь, местные молвят, Дугинка горит.

– Черт, ударили-таки крымчаки по деревне.

– А они должны были обойти ее?

Бессонов смотрел на Савельева.

Князь, недолго раздумывая, отдал команду:

– Сбор! Всем! Хорину собирать отряд. Быстро.

Подошел местный мужик в разорванной рубахе, с окровавленным рубцом на груди.

– Извиняй, воевода, дозволь спросить, не в Дугинку ли ты собрался?

– Да, в Дугинку, хотя, наверное, уже поздно.

– Ты не суетись, князь. Дугинским не впервой от татар ховаться.

– Что ты имеешь в виду и кто ты?"

"– Я – сторож местный Еремей Кузьмин, округу тутошнюю знаю, как двор свой. А что в виду имею? Поясню. Деревня Дугинка мала, но сторожей там поболе нашего. Староста их Борис Васильевич Соловей – мужик хитрый и умный. Он посты так ставит, что татар заметят еще на дальних засеках. И тута же собирает деревенских в обоз, поджигает две-три времянки – то сигнал другим селениям – и уводит народ на село. Бабы с детьми по хатам расходятся, мужики в дружину сельскую встают. Туда же и сторожа как села, так и деревни проходят, окромя двух, что глядят за татарами. Так что в Дугинке вам делать нечего. Коли Соловей подал команду жечь времянки, значит, объявились татары, и народ пошел на село.

– Так татары деревню с землей сровняют.

Кузьмин улыбнулся:

– Долго ли, князь, намесить глины с соломой, да поднять избы саманные, а до того в землянках пересидеть? Ну коли не зима. Тогда, конечно, придется оставаться на селе. Но в Сивово народ душевный, да тут в округе, почитай, каждый друг другу родственником приходится. Такого покуда не было, чтобы дугинские оставались зимовать в Сивово. Успевали подняться до холодов. А то и ранее.

– Что ты предлагаешь?

– На Дугинку навалится не полусотня, как тут. Туда двинется и вторая половина сотни убиенного здесь мурзы и другого, может, и вся сотня. Татары, когда застанут деревню пустой, зачнут рыскать по окраинным лесам, искать временные лагеря, да не найдут. Мурза впадет в ярость, повелит сжечь Дугинку. На то потратит время. Опосля, как это бывало уже, пошлет ертаул к селу. Ему, мурзе этому, село потребно. Потому как там он может ясырь хороший взять и большой участок реки проверить. А там в версте вниз по течению брод имеется. Мыслю, опосля обеденной молитвы басурман, Зухра, ертаул пойдет к селу. За ним вражеская рать.

Савельев оживился:

– Ударить в спину басурман?

На удивление, местный сторож отрицательно покачал головой.

– Не понадобится. Незаметно к большой рати татар не подойти.