Месть лавандовой феи

Но кому, как не жрице богини, знать, что сказки со счастливым концом случаются и в жизни?

Новым королевским прокурором, точнее одним из коллегии королевских прокуроров, стал мужчина, за пару лет сделавший головокружительную карьеру. С одной стороны, его взлету способствовала благосклонность короля, но с другой, упрекнуть его в непрофессионализме или в готовности пойти на сделку с совестью никто не мог. Это был тот самый инспектор, который годы прозябал писарем в безвестной конторе и хранил верность своим принципам. Когда-то он отказался отступить, и оказалось, что честность вознаграждается.

Он же преподнес сюрприз — явился к Каю и доложил, что дело о гибели вдовствующей королевы закрыто преждевременно, что пожар отнюдь не был несчастным случаем и что королева-мать со служанкой покинули комнату живыми.

Кай взглянул на упертого следователя, который, словно наверстывая, докапывался до истины вопреки всему. Теали уже дважды ставила ему мощнейшую защиту, и жив он оставался только благодаря призрачному кокону из света луны. Если запретить — докопается. Кай расследования не хотел и впервые почувствовал, что честный упрямец в окружении не всегда полезен. Но почему бы не остановить его правдой?

— Тот пожар устроил я. Вчера мама вышла замуж повторно, и она не хочет быть найденной. — Кай невольно вспомнил, с каким нежным обожанием поцеловал руку Джеммы волчий жрец после брачной церемонии, и почти незаметно улыбнулся.

Прокурор на миг запнулся и после секунды промедления произнес:

— Долгих и счастливых лет ее величеству.

— Мама больше не королева.

— Согласно приказу Раза Третьего, матери короля принадлежит титул королевы-матери независимо от происхождения или брачного статуса. Регламент не был пересмотрен.

Кай вздохнул. Только этот прокурор мог так откровенно перечить, и за это Кай особенно его ценил.

— Не был, — согласился Кай.

— Я не потревожу ее величество. — Прокурор поклонился. — Но хотел бы высказать одну просьбу.

— Вот как? — Теперь Кайден по-настоящему удивился.

— Да, ваше величество. Эта просьба никак не связана с моим расследованием и носит исключительно частный характер.

— Вот как… слушаю вас.

— Я хочу получить полную опеку над моим сыном до срока, когда истечет действие его приговора за мошенничество.

— Что?! — М-да, умеет удивить господин прокурор…

— Вы с ним хорошо знакомы и не любите его. Но я обещаю вправить ему мозги сейчас, раз уж раньше у меня не было такой возможности.

— Погодите… о ком вы? — все еще не мог взять в толк король.

— Моего сына когда-то увезла с собой в султанаты бродячая исполнительница экзотических танцев. Мне было всего семнадцать, когда мы встретились. Она была старше и хотела ребенка от светловолосого мужчины.