Мертвый сезон

Между делом он заметил, что "мерин" докатился почти до бордюра на противоположной парковке стороне улицы, и мысленно попенял водителю: ну, нельзя же быть таким чайником, так ведь и в самом деле можно кого-нибудь ушибить...

Его наконец заметили. "Человека сбили!" – закричала какая-то женщина. Судя по голосу, она была пьяна. Впрочем, в данное время в данной конкретной части данного города найти трезвого свидетеля было бы, пожалуй, нелегко.

"Убили! – загомонили другие голоса. – Задавили насмерть! А кровищи-то, кровищи!" Глеб даже немного испугался, но насчет кровищи кричали откуда-то издалека, и он успокоился: это просто рождалась легенда.

"Сволочи, – с затаенной ненавистью произнес еще один голос, – зальют зенки, нанюхаются всякой дряни и людей давят почем зря! Взять бы булыжник да в лобовик, чтоб неповадно было! Понаехало черных на наши головы..."

"Да, – подумал Глеб, – такой вариант мне как-то даже и в голову не приходил. Может, они его правда разорвут, а мне и делать ничего не придется?" Впрочем, он понимал, что рвать никто никого не будет: все кругом знали, чья это машина, и связываться с Гаспаряном никому не хотелось. Вообще, момент был решающий; Глебу пришло в голову, что, если бы не отказ тормозов, Гаспарян запросто мог бы уехать, оставив сбитого им человека валяться на дороге, как банановую кожуру.

Ему казалось, что это продолжается целую вечность, но вот наконец двери "Мерседеса" распахнулись и оттуда вылезли водитель и охранник.

– Что такое, ара, э? – послышался гортанный возглас последнего. – Ты где права купил – на рынке? Сколько баранов отдал, слушай?

– Молчи, слушай! – огрызнулся водитель. – Сам ничего не понимаю! Тормоза отказали. Как такое может быть, э? Машина новая, утром все проверял!

– Бандиты! – крикнул кто-то. – Куда милиция смотрит?

– Э, ара, зачем такое говоришь? – с ненавистным Глебу фальшивым южным дружелюбием запел водитель. – Тебя кто трогал? Где авария, где катастрофа, почему злишься, зачем кричишь? Машина немножко сломался, сейчас чинить будем, э!

– Его тоже починишь? – спросил кто-то, по всей видимости имея в виду распростертого на асфальте Глеба.

– Кого "его"? Э! – В голосе водителя послышался неподдельный испуг. – Э-э-э?! Откуда взялся, слуша-а-ай?!

Охранник вслед за ним заглянул под задний бампер и длинно присвистнул. Потом он что-то негромко, но очень горячо произнес по-армянски; в потоке чужой речи Глебу послышалось знакомое и недвусмысленное русское словечко "линять".

– Куда линять, э?! – с горя позабыв родной язык, почти закричал водитель. – Тормоза не работают – как линять? Пешком, э?!

Снова щелкнул замок, машина закачалась.

– Что за базар, уважаемые? – послышался голос Гаспаряна.