Мертвые хризантемы

Кстати, – вдруг оживилась Кику и даже подалась вперед, – буквально недавно я вошла утром в оранжерею и увидела оборванные кусты. Точно – это же Пинг-Понг и был… я пошла к матушке, спросила, заходила ли она в оранжерею… та, конечно же, отнекивалась. Но кто-то ведь цветок сорвал?

– Это не в то утро вы повздорили с Анитой Геннадьевной и расцарапали лицо Натану Славскому?

– Ну это ведь вчера было.

– Точно… вчера и было… там еще земля была перекопана под Умкой… – забормотала Кику, глядя в стол. – Была перекопана земля, корни у Умки вывернулись наверх… это меня и взбесило… да, точно, вчера утром! – она снова подняла глаза на Полину. – Ночью кто-то был в оранжерее и закопал там телефоны, которые вы мне предъявили как украденные у убитых. И это не могла быть я. Во-первых, зачем тащить такие улики в свой дом, а во-вторых, я ни за что не стала бы так вредить цветам. Ни за что. – Это она сказала так твердо, словно произнесла клятву.

Полина быстро черкнула в ежедневнике фразу «спросить у Аниты про оранжерею» и снова обратилась к Кику, раскачивавшейся на стуле вперед-назад с совершенно мертвым выражением лица:

– Дина Александровна, а кто из ваших друзей бывает в доме?

– У меня нет друзей. Только Люська. Но она к нам давно не приходит.

– Подруга… со школы еще. Мы танцами вместе занимались. Людмила Лагутина. Но она на самом деле к нам не приходит уже много лет.

– Как же вы общаетесь?

– Я бываю у нее… иногда ночевать остаюсь, когда дома становится совсем невыносимо.

Услышав эту фамилию, Кику подняла голову:

– Витя? А при чем тут он?

– Но вы ведь поддерживаете с ним отношения?

– С ним? Нет, не поддерживаю. Мы давно не виделись, и в наш дом он вообще никогда не заходил, только вчера – когда на обыск с вами приехал.

– Странно… а он мне кое-что другое рассказывал.

– Выдал желаемое за действительное? Витя очень хороший, умный, порядочный – это, согласитесь, сейчас редко встречается. Но никаких отношений у нас с ним не было. Так, из школы провожал… когда выросли, пару раз, может, в кафе сходили, поболтали…

– Дина Александровна, тогда чем вы объясните, что Индиков в разговоре с вашей мачехой упомянул какие-то факты из ее биографии, о которых ему известно, и Анита Геннадьевна была этим крайне удивлена и, как мне показалось, испугана? Тем, что он вообще об этом что-то знает? И откуда ему знать, как не от вас?

Лицо Кику на мгновение стало испуганным, но почти сразу приняло равнодушное выражение:

– Понятия не имею, о чем вы. Моя матушка святее папы римского – иначе, как вы понимаете, журналисты уже давно бы что-то нашли. А она как-никак дважды в мэрское кресло садилась. И не мне вам рассказывать, как во время кампании роют землю носом нанятые конкурентами журналисты. И – ничего. Так что понятия не имею, о чем Витя говорил.