Мертвопись

Как можно было понять по лощеной новизне авто и «почерку» вождения этого «шумахера», он еще ни разу не попадал в серьезную дорожную передрягу.

– Что там случилось? Какое-то чмо рысачит на дороге? – сразу же догадался Крячко.

– Да вот дебил один на «Порше» вылетел на встречку. Ничего, сейчас приеду, найду этого урода в регистраторе – пусть им гаишники займутся. Так как там с прикрытием?

– Все путе-о-о-м! – хохотнул Крячко. – Ты уже в «контору»? Ну, и отлично! Ща приедешь, пойдем перекусим, там и расскажу. Не буду отвлекать, а то, чего доброго, опять на придурка нарвешься…

Свою «сагу» о поисках и задержании Кардана Станислав начал рассказывать по пути к кафе. По его словам, «попариться» сегодня ему пришлось изрядно. Сразу после не самой удачной поездки на Афонинскую, он наугад выбрал один из адресов, с зажмуренными глазами ткнув пальцем в список. Его палец попал в улицу Светлова. Приехав туда под видом отставного зэка (для этого даже фальшивые татуировки пришлось состряпать), Крячко без труда смог уболтать дамочку «под сорок», которая, с горя употребив горячительного, пребывала в меланхолии. Впрочем, уболтать ее Крячко смог лишь в плане того, что сумел-таки доказать недоверчивой красотке, что он – «в доску свой кореш». А вот дальше пришлось преодолевать сложности. И – какие сложности!

Крепкотелая блондинка с весьма сдобными формами, назвавшаяся Ритусей, погоремычилась ему на свою судьбу, на то, что «этот чертов изменщик» Кардан променял ее, любящую, верную и преданную, на какую-то «сучку крашеную», и изъявила желание «залить горе-горюшко». Открыв холодильник, хозяйка квартиры предложила выпить с ней, а то, мол, если он ее скорбь не разделит, то она тогда и слова не скажет про Кардана. Вроде того, хочешь найти своего кореша? Тогда заслужи такое право, раздели со мной компанию!

– Ну, хорошо, выпили. Потом – еще и еще, – уминая эскалоп, вполголоса повествовал Стас. – Но, оказывается, это не все! У нее, понимаешь ли, душа истосковалась по нежности, к тому же и местью вся горит. А как отомстить своему бывшему любовнику? Понятное дело – заочно изменив ему с его же корешем…

– Какая коварная дама! Но ты, я так понимаю, в этом плане оказался на высоте? – с дружеской иронией уточнил Гуров.

– Представь себе, оказался! – с нарочитой многозначительностью парировал Крячко. – Вот знаешь, Лева, ты без конца меня шпыняешь: ловела-а-а-с, донжуа-а-а-н… А что, если бы я, как и ты, был пуританствующим моралистом-самоучкой? Ну? То-то же! Хрен бы что удалось узнать.

– То есть ты своей невинностью пожертвовал не зря? – сочувственно спросил Лев, с некоторым даже оттенком скорби.