Мертвопись

Тут вопрос в другом: надо чем-то закупорить лаз, прорытый ворами, чтобы через него не лезли другие. Работники музея сами это сделать не в силах, – пояснил Лев, наблюдая за кислой реакцией своего визави.

Тот подумал и пробурчал, что займутся этим по мере возможности.

– Дело хозяйское! – с безмятежной улыбкой проговорил Гуров. – Ситуацию с похищением картины взяло на контроль наше министерство. Я вам передал все, что должен был сказать. Теперь, если вновь произойдет хищение, мы ответственности нести уже не будем. Между прочим, сегодня ночью местная патрульная группа спугнула воров, которые пытались пробраться в музей. И кстати! Нам стало известно, что фонды музея основательно разворованы. Есть мнение, что необходимо провести полную ревизию с привлечением аудиторов Главного контрольного управления МВД. Я думаю, ревизорская проверка обязательно выявит много чего интересного…

Ляжин, о чем-то напряженно задумавшись, поспешил уведомить, что проблемы музея ему невероятно близки и понятны, и вообще он денно и нощно только и думает о том, как бы ему чем-то помочь местным музейщикам. Поэтому уже сегодня городским коммунальщикам будет дано распоряжение ликвидировать подкоп. Более того, музей краеведения муниципальная полиция возьмет под свою постоянную опеку.

– Что касается ревизии… Знаете, мы на этот год уже планировали проверку фондов музея, – изобразил чрезвычайную озабоченность Ляжин. – Но, с учетом некоторых обстоятельств, уже завтра-послезавтра будет сформирована рабочая аудиторская группа, которая займется музеем.

Попрощавшись, Лев направился к выходу, всей своей спиной ощущая неприязненный, сверлящий взгляд своего собеседника. А когда вышел из администрации, то обнаружил, что моросивший с самого утра мелкий, противный дождик прекратился и из-за туч выглянуло яркое солнце. Это сразу же прибавило бодрости и повысило градус настроения. Сев в свой «Пежо», он вырулил за пределы Проклова и, выйдя на трассу, покатил в сторону поселка городского типа Синее.

Миновал несколько огорожанившихся деревень, перемахнул через пару мостов над речушками-«переплюйками» и примерно через полчаса вдали, за зеленью перелесков, увидел прямоугольники пятиэтажек. Вскоре на обочине мелькнул придорожный указатель с надписью «Синее». Достав телефон, Лев на ходу созвонился с внуком Еремехиных. Тот немедленно откликнулся, предложил встретиться в центре поселка у сквера и уточнил:

– Там есть памятник фронтовикам. У меня серая «Шкода», номер: два, два, три.

Проехав в центр поселка, Лев почти сразу же увидел памятник среди зелени березок и серую «Шкоду», припаркованную у обочины. Еремехин, который представился Дмитрием, рассказал о том, что три года назад ему довелось увидеть на савиновском кладбище.