Мертвопись

– Вы что-то хотели рассказать, Лев Иванович? – напомнил Петя.

– Я получил информацию о том, что происходило со Светланой, и теперь знаю, что ее толкнуло на самоубийство. Признаюсь, что еще не все ясно до конца, но тут вскрываются довольно серьезные вещи.

– Говорите! – как-то очень жестко потребовал Дубов.

– Беда с ней случилась, Петя! Ее изнасиловали.

– Кто? – хриплым от напряжения голосом спросил курсант. – Их задержали? Нашли?"

"Глядя на лицо девушки и думая о том, что ей сейчас спокойнее, чем все эти последние месяцы, Гуров начал рассказывать тихим голосом. О фактах, о своих подозрениях и умозаключениях. Включая и историю пистолета, из которого, возможно, сначала убили отца Светланы, а теперь… Дубов покусывал губы и молчал, насупив брови. Смотрел он не на Светлану, а куда-то в стену палаты. А может, и в окно, которое сейчас скрывали жалюзи.

– Свои? – спросил он наконец после долгого молчания. – Это что же получается, к своим нельзя спиной поворачиваться? А кому верить тогда?

– Ну, верить нужно всегда, Петя. Если не верить, то как жить?

– Как жить? – потухшим голосом отозвался Дубов. – А я не знаю, как дальше жить. Ведь если даже здесь, в полиции, возможно такое, то что говорить… Ведь они отвечают, они возглавляют работу по борьбе с преступностью, а сами. Это же дикость какая-то! Знаете что, Лев Иванович, я завтра пойду в академию и напишу рапорт.

– Какой рапорт? – непонимающе уставился Лев на курсанта.

– На отчисление, – тихо отозвался Дубов и пошел к двери. – И на увольнение из органов внутренних дел. Я не хочу работать среди таких… Чтобы и меня таким считали. Смотреть на каждого и думать… Помнить всегда о том, что творят старшие офицеры, об этом беспределе, из-за которого стреляются женщины…

– Ты что? – схватил его за рукав Лев.

– А что? – Дубов вырвал руку. – Работать с негодяями, работать в организации, где все прогнило?! Вы мне глаза открыли. Спасибо вам…

Петя еще раз с болью взглянул на Светлану, лежавшую за стеклом в палате, и побрел к выходу в общий коридор. Гуров никак не мог прийти в себя от такого поворота. На такую реакцию парня он совсем не рассчитывал. Он полагал, что Дубов силен характером, что любовь к девушке сможет подтолкнуть его к борьбе, отомстить за нее, вскрыть этот гнойник в Усть-Владимировском управлении. А он? Неужели он в нем так ошибся, разозлился прежде всего на себя самого Лев.

Он догнал курсанта уже возле ординаторской, втолкнул Дубова внутрь и плотно закрыл за собой дверь. Петя обернулся на настырного полковника и замер на месте. Лицо Гурова изменилось. Таким он за эти дни доброго и умного полковника еще не видел. Сейчас перед ним стоял матерый сыщик, к тому же злой до крайности. Дубову даже показалось, что Гуров его ударит.