Мертвое ущелье

Теперь оставалось одно: уйти без следов. А как это сделать, когда в снегу, пушистом и сыпучем, утром немцы увидят борозду и следы там, где полз разведчик?.. Как же скрыть следы?..

Между макетами он ползал по дорожкам, уже натоптанными немцами, там его следы заметить трудно, но возле проволоки... Немцы специально не нарушали там снежную целину.

До рассвета оставалось еще много времени, и он все-таки нашел решение. Заравнивая руками в рукавицах за собой борозду, он черпал своей солдатской шапкой сыпучий и мелкий снег и сверху посыпал этим снегом свой след. Сыпучая пелена мягко и гладко закрывала неровности, и следы как бы размывались на снежной поверхности. При этой утомительной и долгой работе нельзя было ни на миг забывать об осторожности.

Уже прошло не менее трех часов упорного и непрерывного труда, а Игнат только прошел линию секретов. Оставалось еще продвинуться, засыпая след, не менее чем метров на сорок, а рассвет уже был недалек. Игнат забеспокоился и стал торопиться, но тут вдруг пришла неожиданная помощь. Он даже сразу не поверил в такую радость: его лица коснулись и стали щекотать щеки, губы, ресницы сначала мелкие снежинки, а потом крупные мохнатые хлопья снега. Он лег на спину и некоторое время лежал неподвижно, наслаждаясь холодными хлопьями, приятно тающими на разгоряченном лице.

На обратном пути возле передовых позиций немцев его ждал сюрприз. Когда он ночью пробрался сюда с нашей стороны, то проходил между двумя дотами фрицев. Там не было сплошной траншеи. Но сейчас в этом месте он заметил изменения. За ночь снег нагребли кучами, вырыли сплошную траншею позади дотов, и в ней были солдаты, он слышал их голоса.

Долго ждал, пока они заснут или уйдут. Но перед самым рассветом, когда ждать уже нельзя было, решил прорываться."

"Взяв автомат наизготовку, подполз к траншее вплотную, и только собрался извлечь из карманов две свои «лимонки», как из траншеи прямо на него вылез немец. Он шел по своим делам, но, увидев Игната, сразу бросился к нему, выхватив из-за пояса штык-кинжал. Фриц был крупен, высок и, видимо, силен. Но это не тревожило Игната. Несмотря на совсем юные годы, он и сам был в разведвзводе первым по силе, да и по ловкости тоже. Лесная его дикая жизнь пришлась как раз на то время, когда формировался молодой организм, и за два года юноша стал удивительно жилистым и быстрым. В разведке его научили нескольким необходимым приемам рукопашного боя, и в сочетании с его ловкостью и немалой силой это создавало ему надежную помощь для выполнения заданий.

Он уклонился от ножа, схватил немца за кисть и, выворачивая, так рванул его руку, что локтевая кость хрустнула. Фриц закричал, Игнат хрястнул его прикладом по шее (голову защищала каска) и бросился обратно к лесу.