Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

— Эй! — крикнул он, подойдя к барной стойке. — Сидите тут? — Как будто они собирались сидеть в другом месте.

Товарищи по команде подняли руки, и он хлопнул каждого по ладони.

— Что пьете? — поинтересовался он. Это был своеобразный пароль-приветствие для собравшихся. Как и товарищи, перед соревнованием он предпочитал минеральную воду. Чего не скажешь о противниках. И это было их ошибкой.

Несколько минут они обсуждали слабые и сильные стороны команды, против которой им предстояло играть, а также о том, как оценивают они свои шансы на победу в чемпионате, назначенном на Вознесение.

И наконец он произнес это вслух:

— Обстоятельства так сложились, что вам придется подыскать вместо меня другого игрока к предстоящему соревнованию. — Развел руками в извинительном жесте. — Я сожалею, парни.

В глубине их взглядов читалось сожаление о предательстве. Некоторое время все молчали. Свен более яростно, чем обычно, переваливал во рту жевательную резинку. Они с Биргером не скрывали своей злости. Оно и понятно.

Нарушил молчание Ларс:

— Рене, как-то неприятно это слышать. Что случилось? Опять из-за жены? Как обычно?

Все поддержали высказанное предположение.

— Нет. — Он позволил себе усмехнуться. — Нет, на самом деле сейчас причина не в ней. Нет-нет. Меня назначили управляющим директором в совершенно новую компанию в ливийском Триполи, специализирующуюся на выработке солнечной энергии. Но не волнуйтесь, я вернусь через пять лет, дальше мой контракт не продлят. И тогда вы, конечно, возьмете меня в команду старичков, а?

Никто не засмеялся, да он и не рассчитывал на смех. То, что он делал, называлось святотатством. Наихудшее, что можно было сотворить против команды непосредственно перед началом состязаний. Ибо слова, засевшие в головах товарищей, отнюдь не способствовали верному направлению пускаемых шаров.

Он сожалел о неудачном моменте для сообщения новости, однако про себя понимал, что лучшего момента и быть не могло.

Он уже был одной ногой за пределами сообщества. Как он и хотел.

Да-да, он прекрасно знал, каково им сейчас. Боулинг был их отдушиной. Ни у кого из них в перспективе не маячил пост директора в зарубежном филиале. Теперь, когда он создал определенную дистанцию, они чувствовали себя, как мыши в ловушке. Однажды и он испытал подобное ощущение, но это было давным-давно.

Теперь котом стал он.

44

Уже трижды она видела утренний свет, проникающий сквозь коробки, и знала, что больше не увидит его.

Иногда она плакала, но больше плакать не могла. Даже на это у нее не осталось сил.

Когда она пыталась открыть рот, губы не разлеплялись. Язык присох к нёбу. Наверное, уже сутки миновали с тех пор, когда у нее перестало хватать слюны для того, чтобы изредка сглатывать.

Теперь о смерти она думала как об избавлении.